Лангедок это:

(Languedoc) — бывшая французская провинция, между Роной, Средиземным морем, Пиренеями и Гаронной; из нее в настоящее время образовались департаменты Гард, Геро, Од, Тарн, Лозер и отчасти Верхней Гаронны, Тарн-и-Гаронны, Ариеж, Восточных Пиренеев, Верхней Луары и Ардеш. Получила свое название от местного диалекта, на котором вместо oui говорят ос. Имя Л. установилось лишь в XIII ст., после присоединения этой области к французскому королевству. В древнейшие времена ее населяли лигуры и иберийцы, которые впоследствии были оттеснены кельтскими племенами. На берегу моря было много финикийских, затем греческих колоний. Во время римского владычества население скоро восприняло римскую культуру; выросли большие торговые города, сооружены памятники, дороги и каналы, сохранившиеся отчасти до настоящего времени. Римские муниципии пережили даже нашествие варваров и, вместе с остатками культуры, сохранили свои учреждения. Из числа средневековых феодальных владений здесь выдвинулось в XI и XII вв. графство Тулузское, по размерам и политическому преобладанию. Большие богатые города — Тулуза, Ним, Безье, Нарбонна, Монпелье — сохранили республиканское устройство. Развитию наук и искусств способствовали сношения с мусульманами и многочисленными евреями. Последние обучали христиан, в школах Монпелье и Тулузы, медицине, математике, философии и астрономии. Выработалась блестящая национальная литература трубадуров, смягчившая нравы феодалов. Новые формы жизни повлекли за собой большую свободу мысли, упадок церковного авторитета, религиозную терпимость. Еретические учения альбигойцев и вальденсов сильно распространились в южн. Франции (см. Альбигойцы). В течение продолжительных альбигойских войн погибли культура и промышленность страны, уничтожены городские вольности, истреблены еретики, большинство евреев и масса католиков, которые также усердно боролись против пришельцев с севера. Вместе с независимостью заглохла и национальная литература. Трибуналы инквизиции прекратили свою оживленную деятельность лишь в 1319 г. Во время столетней войны Л. несколько раз переходил в руки англичан и бургундцев. С 1453 г. наступила эпоха сравнительного спокойствия, продолжавшаяся до второй половины XVI в. Новые религиозные идеи к 1560 г. охватили большую часть провинции. В войнах гугенотов Л. принимает самое горячее участие. По нантскому эдикту, протестантам предоставлен весь нижний Л., с 10 крепостями. В 1620-22 гг. Людовик XIII пытается взять Монтобан и другие крепости, но безуспешно. С 1661 г. начинаются жестокие преследования протестантов в Л. После отмены нантского эдикта часть протестантов насильственно обращается в католичество, часть эмигрирует, но тем не менее в 1702 г. разгорается восстание камизаров (см.). Преследование протестантов и ново-католиков в Л. прекратилось лишь перед самой революцией, в силу эдикта 1787 г. В административном отношении Л. с XIII стол. делился на три сенешальства: Тулузское, Каркассонское и Нимское. В Тулузе заседал провинциальный парламент. Ср. Vie et Vaissète, «Histoire générale de la province de Languedoc» (Пар., 1730-45; 2 изд., Тулуза, 1872-92); Осокин, «История альбигойцев и их времени» (Каз., 1872).

Continue Reading

Койсуг это:

село Ростовского округа, Области Войска Донского при речке Койсуге, в 10 верстах к юго-западу от Ростова-на-Дону. Дворов 1020, жителей 7612 (1894 г.). Православный храм, одноклассное училище.

Continue Reading

Кеведо это:

(Francisco de-Quevedo у Villegas) — знаменитый испанский сатирик (1580-1645). Отец его был секретарем четвертой жены Филиппа II, Анны Австрийской. В Алькальском унив. К. научился греческому и латинскому языкам, а позже овладел языками арабским, еврейским, французским и итальянским; он имел также обширные сведения по юриспруденции, математике, астрономии, политике, философии. К. искусно владел оружием, был очень склонен к донжуанству и отличался страстной любовью к чтению. В ранней молодости он сделался героем следующего приключения: в церкви неизвестный ему мужчина оскорбил неизвестную ему даму; он заступился за последнюю, вызвал на дуэль оскорбителя и убил его на месте. Противником К. оказалось высокопоставленное лицо, вследствие чего ему пришлось бежать. Он нашел убежище и должность секретаря в Сицилии, у герцога де Оссуна, который, будучи затем назначен вице-королем Неаполя, поручил К. заведование финансами. Когда в 1620 г. покровитель его впал в немилость, К. попал в тюрьму и изгнание. Возвратясь в Мадрид, он жил в крайней бедности. В 1634 г. он женился, но жена его вскоре умерла. В 1641 г. ему приписали сатиру против короля, арестовали его, лишили имущества и заключили в сырую и зловонную тюрьму м-ря Сан-Марко де Леон, где он томился четыре года. Только после падения любимца короля Филиппа II, герцога де Оливарес, его освободили, так как узнали, что автором сатиры был вовсе не он. Вскоре после того он умер. К. оставил значительное количество литературных произведений, самых разнообразных родов, хотя при его арестах пропали многие из его бумаг, а незадолго до его смерти инквизиция овладела всеми его сочинениями, из которых вычеркнуты были все места, противные ее понятиям о приличии и скромности; многие же из его произведений остались неизданными. Всего напечатано 11 больших томов, 8 — прозы и 3 — стихотворений. К. — и поэт и сатирик, и критик, и моралист, и политик, и философ. Преобладающая форма его поэзии — сатира; но он писал также эпиграммы, сонеты, романсы, редондильи, канцоны, оды, элегии и идиллии. Вследствие долгого пребывания в Италии у него заметен легкий оттенок подражания итальянцам. Из стихотворений его пользуются особенной известностью «Las necedades y locuras de Orlando el enamorado», «A una nariz», «Apolo siguiendo a Dafne» и др. Восставая против школы Гонгоры (см.), он издал в виде образчика более правильного слога сборник прекрасных стихотворений: «Poesias del Baceiller Francisco de la Torre» (1631). Главным образом слава К. основана на его прозаических сатирах, в которых он бичует пороки и нравы общества, создает типы и выказывает себя истинным знатоком человеческого сердца. Из них особенно замечательна: «Vida y aventuras del gran Tacaca Pablo de Segovia» («Жизнь и приключения великого шута Пабло де Сеговиа»), впервые появившаяся в Сарагосе в 1626 г. Она принадлежит к так называемым «novella picaresca» и отличается сжатостью рассказа, живостью описаний, правдивостью характеров и картин нравов. Тут много язвительного юмора, острот, таланта и ума, но много также и шаржа, грубости, резкости и непристойностей. Хотя К. и сражался с культизмом (школой Гонгоры), но и сам грешит в этом смысле, будучи самым блестящим представителем школы «Conceptistas» (главой ее был Алонзо де Медесма, написавший в 1600 г. свои «Conceptos spirituales»); он несвободен от экстравагантности, от страсти к утонченности, аффектации и метафоре. В «El libro de todas las cosas y otras nuchas mas» («Книга о всех вещах и многих других») он сильно нападает на педантизм, псевдоученость и ханжество, в «El cuento de cuentas» («Сказка сказок») осмеивает злоупотребление пословицами, в «La Culta Latiniparla» смеется над школой Гонгоры. Целый ряд выдающихся сатир К. соединен под именем «Suenos» («Сны»), 1635 г. В одной из них, «El mundo por de deutro» («Мир наизнанку»), К. старается доказать, что человек — воплощенная ложь, и бичует стремление казаться не тем, что есть на самом деле. «Alguacil alguazilado» — злая сатира на низших блюстителей порядка и правосудия. Вступление в «Sueno de las Calaveras», или «Juicio final» («Видение черепов», или «Страшный суд») может считаться лучшим образцом смелых и оригинальных приемов К. — смешения высокого с комическим. Очень известна также сатира «Discurso de todos los diablos», рисующая нравственный и политический строй тогдашней Испании. В «La hora de todos y la fortuna con seso» («Час счастия для всех и Фортуна») Юпитер зовет Фортуну и велит ей для исправления ее несправедливостей хоть на один час предоставить всякому смертному то, что он действительно заслуживает. Это дает повод автору отнестись глубоко критически к современному ему обществу. В «Politica de Dios у gobierno de Christo» он излагает целую систему благородного и искусного правления, которую дополняет двумя други
ми политическими трактатами: «Marco Bruto» и «Romulo». В дидактическом жанре написаны: «Discursos politicos, asceticos y filosoficos», «Mundo caduco y desvario de la edad», «Lince de Italia» и др. Слабая сторона К. — недостаток такта и меры; у него нет тонкого и верного комического чутья Сервантеса. См. о К. статью П. О. Морозова, в «Вестнике Европы» (1883, № 12).
М. Ватсон.

Continue Reading

Нази это:

(Нунцио Nasi) — итальянский политический деятель, родом из Сицилии. Род. в 1850 г. Был адвокатом; с 1886 г. депутат, сторонник Криспи. В 1898 г. принял портфель почт и телеграфов в консервативном кабинете Пеллу, но скоро разошелся с ним, в мае 1899 г. вышел в отставку и образовал с Фортисом, Беттоло и др. «независимую левую». В 1901— 03 гг. был министром просвещения в радикальном кабинете Занарделли. В 1904 г. появились разоблачения относительно взяточничества и мошенничеств Н.; палата депутатов назначила следственную комиссию; было решено предание Н. суду, но он успел бежать и скрылся.

Continue Reading

Хинолин это:

C9H7N — был впервые получен Жераром при перегонке хинина и цинхонина с едким кали; он получается вместе с пиридиновыми основаниями. Эти органические основания находятся также и в каменноугольном дегте, как это было указано Гофманом. X. по способу Бутлерова и Вышнеградского получается из цинхонина, для чего его разлагают едким кали при возможно низкой температуре в присутствии окиси меди. В настоящее время X. может быть получен синтетически (см. ниже). X. можно рассматривать как нафталин С10Н8 (см.), в котором вместо группы СН находится атом азота, и потому он стоит в таком же отношении к нафталину, как пиридин C5H5N (см.) к бензолу С6H6, a так как однозамещеных нафталинов может быть два изомера — α и β, то является возможным существование двух изомерных X. — собственно X. и изохинолина:
В X. имеются два ядра — одно бензольное, а другое пиридинное; что же касается расположения двойных связей в X. и изохинолине, то большинство ученых признает попеременное расположение двойных и одиночных связей между углеродными атомами, и все соображения, которые высказываются по этому поводу в нафталине (см. соотв. статью), имеют место и здесь. Синтетические способы получения подтверждают принятое строение X. Кенигс получил X. при пропускании аллиланилина над нагретой окисью свинца:
В X. имеются два ядра — одно бензольное, а другое пиридинное; что же касается расположения двойных связей в X. и изохинолине, то большинство ученых признает попеременное расположение двойных и одиночных связей между углеродными атомами, и все соображения, которые высказываются по этому поводу в нафталине (см. соотв. статью), имеют место и здесь. Синтетические способы получения подтверждают принятое строение X. Кенигс получил X. при пропускании аллиланилина над нагретой окисью свинца:
C6H53Н5)NH + О2 = C9H7N + 2Н2О.
Байер получил X. из ортоамидокоричного альдегида отщеплением воды:
При нагревании анилина с паральдегидом и соляной кислотой образуется α-метил-Х., или хиналдин (Дебнер и Миллер):
C6H5ΝΗ2 + 2С2H4О + О = C10H9N + 3Н2О.
Промежуточным продуктом является этилиденанилин, образующ. из альдегида и анилина:
Самым лучшим способом получения X. считается метод Скраупа, который для его получения берет анилин, глицерин, серную кислоту и нитробензол; смесь этих соединений нагревается осторожно до начала бурной реакции, а затем снова нагревается в течение нескольких часов:
Самым лучшим способом получения X. считается метод Скраупа, который для его получения берет анилин, глицерин, серную кислоту и нитробензол; смесь этих соединений нагревается осторожно до начала бурной реакции, а затем снова нагревается в течение нескольких часов:
Сначала образуется серно-кислая соль X., которая разлагается едким кали; выделенный X. очищают перегонкой. Нитробензол играет роль окислителя; в качестве промежуточного продукта реакции является, вероятно, акролеин, образующий с анилином акролеинанилин C6H5N:СН.СН:CH2. Гомологи и аналоги анилина дают подобным же образом гомологи и аналоги X. Приведенные способы получения X. показывают, что X. есть ортобидериват бензола, и что в нем азот непосредственно связан с бензольным ядром; точно так же этими реакциями устанавливается существование шестичленного пиридинового кольца, образованного тремя углеродными атомами, атомом азота и двумя углеродами бензольного кольца. Это обстоятельство доказывается окислением X. в пиридиндикарбоновую кисл. (Гогеверф и Фан-Дорп):
+ 2CO2 + H2O. Три водородных атома пиридинового ядра, считая от азота, обозначаются буквами α, β и γ, а 4 водородных атома бензольного ядра — буквами о, m, p и а (см. выше лев. форм.). Другое обозначение предложено Байером; ядро пиридиновое называется Ру, а бензольное Bz, а атомы водорода обозначаются цифрами 1, 2, 3, 4. Так как ни один из этих водородных атомов не расположен симметрически по отношению к другому, то по теории следует ожидать по семи монодериватов X. Действительно, получено семь изомерных Х.-монокарбоновых кислот. Положение заместителей в X. определяется или: 1) синтезами данного соединения (см. выше синтез метилхинолина) или 2) продуктами окисления; так, Bz-хинолинкарбоновая кислота, в которой карбоксил связан с бензольным ядром, дает пиридиндикарбоновую кислоту, а Ру-хинолинкарбоновая кислота (карбоксил находится в пиридиновом ядре) дает пиридинтрикарбоновую кислоту.
X. представляет бесцветную, сильно преломляющую свет жидкость своеобразного запаха с темп. кип. 236°. Он есть одноатомное основание и образует соли с кислотами; двухромовокислая соль (C9H7N)Cr2O7H2 представляет желтовато-красные иглы, отличается своей трудной растворимостью и является противолихорадочным средством. При окислении X. и его производных бензольное ядро большей частью является менее постоянным, чем пиридиновое; так, X. при окислении дает αβ-пиридиндикарбоновую или хинолиновую кислоту (см. Пиридин); следовательно, разрушается бензольное ядро. Но зато пиридиновое ядро X. легче гидрируется, чем бензольное; так, X. при действии олова и соляной кислоты легко превращается в тетрагидрохинолин C9H11N, дальнейшее же восстановление идет гораздо труднее. Так как X. при соединении с йодангидридами спиртов дает аммонийного типа соединения, напр. C9H7NCH3J, то он представляет третичное основание. Нитрохинолин получается прямым нитрованием X.; бром присоединяется к X. и дает продукт C9H7NBr2. Хлоропроизводные X. получаются по способу Скраупа, т. е. из хлоранилинов, нитробензола, глицерина и серной кислоты. Нитрохинолины при восстановлении переходят в аминохинолины. Гомологи X. могут быть двух родов, смотря по тому, в бензольное или пиридиновое ядро будет введена замещающая группа; в первом случае будут получаться гомологи X., которые называются толухинолинами и пр.; во втором случае, т. е. при введении в пиридиновое ядро, получатся гомологи, которые называются как замещенные производные того или другого X. Толухинолины C9H6(CH3)N получены Скраупом из толуидинов, нитротолуолов, глицерина и серной кислоты. Все они жидки, причем метасоединение кипит при 260°, орто- — при 248° и парасоединение — при 258°. Гомологи X. представляют основания и дают те же производные, как и X. К окислителям они относятся таким образом, что хромовая кислота в серно-кислом растворе окисляет боковую цепь, образуя хинолинкарбоновые кислоты, а марганцово-калиевая соль окисляет, наоборот, бензольное ядро, переводя их в пиридинкарбоновые кислоты. Важнейшим из гомологов X. второго рода является α-метилхинолин, или хиналдин C10H9N, способ получения которого уже указан выше. Он находится в каменноугольной смоле и представляет бесцветную жидкость, запахом напоминающую хинолин и кипящую при 246°. Водород метиловой группы у хиналдина легкоподвижен; со фталевым ангидридом хиналдин реагирует, образуя красивый желтый пигмент — хинолиновый желтый С10Н7N(СО)2С6Н4 (см.). При замене водорода в X. группой OH получаются оксихинолины C9H6(OH)N, которые обладают различными свойствами, смотря по положению водного остатка в бензольном или пиридинном ядре. Хинофенолы, т. е. такие оксихинолины, в которых гидроксил находится в бензольном ядре, получают по способу Скраупа, действуя глицерином и серной кислотой на смесь амидо- и нитрофенолов. Иначе хинофенолы можно получать сплавлением хинолинсульфокислот с едким кали или распадением оксихинолинкарбоновых кислот. Они, подобно X., способны образовать соли и при действии едкого кали и йодистых алкилов дают смешанные простые эфиры, а при действии хлорангидридов кислот — сложные эфиры. Так, метиловый эфир Bz-(3)-оксихинолина C9H6(OCH3)N называется хинанизолом и кипит при 305°. Он был получен Бутлеровым и Вышнеградским при действии едкого кали на хинин. К числу оксихинолинов, у которых гидроксил находится в пиридинном ядре, относится основание, называемое карбостирилом (см.). X. водородом в момент выделения превращается в дигидрохинолин C9H9N, с т. пл. 161°, а затем в тетрагидрохинолин C9H11N4 или
который представляет жидкость с темп. кип. 245°. При дальнейшем присоединении водорода, которое идет с трудом, гидрируется бензольное кольцо и получается декагидрохинолин C9H18N, с темп. пл. 48° и темп. кип. 204°. Если в X. вместо водородов будут стоять карбоксилы, то получаются хинолинкарбоновые кислоты, причем у них карбоксил может стоять в пиридинном или бензольном ядре. Хинолинкарбоновая кислота, или цинхониновая кислота
принадлежит к первой категории. Она получается при окислении цинхонина. Когда карбоксил помещается в бензольном ядре, то получаются хинолинбензкарбоновые кислоты, которые были получены Скраупом при действии на соответствующие амидобензойные и нитробензойные кислоты глицерином и серной кислотой. Оксихинолинам отвечают оксихинолинкарбоновые кислоты; они получаются при нагревании с едким кали сульфоцинхониновых кислот C6H5 (SO2H)(COOH)N. При окислении хинина хромовой кисл. получается хининовая кисл. С9Н5(СН3О) (СООН), которая есть метиловый эфирэфир ксантохиновой (параоксихинолин-γ-карбоновой) кислоты С9Н5(ОН)(СООН)N.
Изохинолин в отношении строения отличается от X. только положением атома азота, как это было уже указано выше. Изохинолин найден был Гогеверфом и Фан-Дорном в каменноугольной смоле вместе с X. и был отделен от него посредством кристаллизации его серно-кислой соли. Изохинолин плавится при 23° и кипит при 240,5°; во всем сходен с X., но только представляет более сильное основание. Синтетически он получается из β-нафтохинона, который обрабатывается хлорной известью или хлорноватистой кислотой, причем получаются диоксинафтохинон и изокумаринкарбоновая кисл. Последняя с аммиаком дает изокарбостирилкарбоновую кисл., представляющую производное изохинолина, из которой последний получается перегонкой с цинковой пылью (Бамбергер и Цинке):
Изохинолин получается также из имида гомофталевой кислоты при нагревании с цинковой пылью:
Изохинолин получается также из имида гомофталевой кислоты при нагревании с цинковой пылью:
При окислении хамелеоном изохинолин дает фталевую кислоту, причем карбоксилы образуются на счет углеродов пиридинного кольца, и βγ-пиридиндикарбоновую кислоту, причем карбоксилы происходят на счет углеродов бензольного ядра. Изохинолин дает такие же производные, как и X.
При окислении хамелеоном изохинолин дает фталевую кислоту, причем карбоксилы образуются на счет углеродов пиридинного кольца, и βγ-пиридиндикарбоновую кислоту, причем карбоксилы происходят на счет углеродов бензольного ядра. Изохинолин дает такие же производные, как и X.
В. Ипатьев. Δ.
Аналоги X. — нафтохинолины С13Н9N, антрахинолины С17Н11N, фенантролины C12H6N2 и пр. получаются, если в синтезах по способам Скраупа и Дебнера-Миллера (см. выше) анилин заменять соответственно α- и β-нафтиламинами, антраминами, фенилендиаминами, амидохинолинами и пр.; при этом присоединение пиридинного кольца вообще происходит к той паре атомов углерода бензольного ядра, которая, согласно схеме Кекуле, связана двойной связью — обстоятельство, говорящее, между прочим, против различных предложенных для бензола и пиридина центрических и диагональных формул. α-Нафтохинолин (темп. пл. 52°, т. кип. 338°)имеет строение
а β-нафтохинолин (темп. пл. 93°) —
Интересно характерное изменение свойств гидронафтохинолинов в зависимости от того, какие из колец нафтохинолина подвергаются гидрогенизации. Если гидрогенизуется пиридиновое кольцо, то получаемые тетрагидронафтохинолины С10Н6:NC3H7 обладают свойствами алкилированных нафтиламинов; при гидрогенизации одновременно пиридинового и внешнего бензольного кольца нафталинового ядра получаются октогидронафтохинолины C4H8:C6H2:NC3H7, обладающие характером алкилированных (в ядре и при азоте) анилинов; наконец, из β-нафтохинолина при гидрировании пиридинового и соседнего с ним бензольного кольца нафталинового ядра образуется октогидронафтохинолин строения
с жирноиминным характером пиперидина (cp. Нафтиламины). Антрахинолин
(темп. пл. 170°, темп. кип. 446°) получен Гребе перегонкой с цинковой пылью ализариновой сини (см. Краски органические искусств.), представляющей диоксиантрахинонхинолин
(темп. пл. 170°, темп. кип. 446°) получен Гребе перегонкой с цинковой пылью ализариновой сини (см. Краски органические искусств.), представляющей диоксиантрахинонхинолин



растворы антрахинолина обладают интенсивной синей флуоресценцией. В то время, как нафто- и антрахинолины содержат по 1 атому азота и представляют, как это видно из формул, продукты конденсации одного пиридинового кольца с нафталиновым и антраценовым, в фенантролинах имеется несколько иной случай. Они содержат 2 атома азота и представляют строение фенантрена (см.), в двух из числа трех бензольных колец которого по одной группе СН замещено атомами азота; их можно также рассматривать как X., к которому примкнуло еще одно пиридиновое кольцо. Если последнее примыкает к бензольному кольцу X., то получаются собственно фенантролины C3H3N:C6H2:NC3H3 (орто-, мета- и пара- — смотря по взаимному положению атомов N), при примыкании же его к пиридиновому кольцу получается хинохинолин C6H4:C3HN:C3H3N, напр., полученный из γ-амидохиналдина по методу Скраупа α-метил-γ-хинохинолин С6H43(CH3)N:C3H3N (темп. пл. 207°, темп. кип. 360°).
П. П. Рубцов. Δ.

Continue Reading

Вильгельм Завоеватель это:

король Англии (1066—1087) род. в 1027 г. и был побочным сыном нормандского герцога Роберта II Дьявола. В 1033 г., когда Роберт Дьявол отправился на богомолье в Палестину, В. был признан его наследником. При известии о смерти Роберта (1035) нормандские бароны и во главе их родственники умершего герцога восстали против его незаконнорожденного преемника, и только вмешательство французского короля Генриха I, который был сюзереном и опекуном В., сохранило за ним престол. Юность Вильгельма прошла в войнах с соседями (особенно с гр. Анжуйским, Годефруа Мартелом, и с французским королем), из которых он вышел победителем, подчинив Нормандии графство Мэн (1060), и в борьбе с баронами, которых ему удалось принудить к полному повиновению. Предмет особых забот В. составляла нормандская церковь: он сам руководил духовными соборами и старался поднять умственный и нравственный уровень духовенства. Сотрудником его в церковных преобразованиях был приор знаменитой бекской школы Ланфранк (см. это сл.).
В 1051 г. В. посетил своего родственника, английского короля Эдуарда Исповедника, и впоследствии стал утверждать, что бездетный Эдуард во время этого свидания назначил его своим наследником, хотя такое назначение без согласия витенагемота (см. это сл.) не имело законной силы. Тем не менее, когда в 1066 г. умер Эдуард и английский престол перешел к его шурину Гарольду, В. заявил свои притязания, ссылаясь на завещание Эдуарда, на свое родство с ним (его отец был племянником матери Эдуарда, Эммы) и на клятву самого Гарольда — в случае смерти Эдуарда способствовать избранию В. английским королем. Притязания В. поддерживал Папа Александр II; он отлучил Гарольда от церкви и возложил на В. миссию привести Англию к покорности св. престолу. Под знамена В. собрались с разных концов Западной Европы рыцари и простые воины, жаждавшие приключений и быстрого обогащения. Численность его войска простиралась до 60000. Нормандский флот отплыл из гавани С.-Валери (в устье Соммы) и 29 сентября 1066 г. пристал к берегам Англии у Певенси, близ Гастингса; около этого города вскоре и произошла битва, которая отдала Англию в руки Вильгельма (см. Гастингс). Немногие города оказали сопротивление норманнам. Лондон провозгласил королем последнего представителя англосаксонской династии, Эдгара Этелинга, и готовился к обороне; но, когда на сторону В. стали один за другим переходить светские и духовные магнаты, граждане Лондона отправили к В. депутацию, и во главе ее стоял сам Эдгар Этелинг. В. очень заботился о том, чтобы возложить на себя корону не в качестве завоевателя, а в качестве законного наследника Эдуарда, и короновался в Вестминстере с соблюдением всех обычных обрядов. Гарольд и его сторонники были объявлены изменниками; их земли подверглись конфискации и были розданы сподвижникам В. Но никаких важных изменений в англосаксонских законах не было произведено на первых порах; привилегии Лондона В. подтвердил особой грамотой. Свое положение В. считал настолько упроченным, что на следующую весну уехал в Нормандию. Вскоре после его отъезда вспыхнуло восстание, вызванное насилиями норманнов. Возмутившимся англосаксам помогали валлийцы и некоторые норманнские бароны, недовольные В. Вернувшийся В. восстановил порядок и построил целый ряд замков, в которых разместил норманнские гарнизоны. Но брожение продолжалось, и в 1068 г., когда в устье Гумбера появился флот датского короля Свена, возмущение охватило весь запад Англии. Добившись путем подкупа мира у датчан, В. жестокими мерами принудил мятежников к покорности; он подвергнул страшному опустошению восставшие области, причем особенно пострадала страна на С. от р. Гумбера. Последнее, в такой же степени как и прежние, неудачное восстание англосаксов, которое поддерживал шотландский король Малькольм III, относится к 1071 г. Мятежи последующих лет уже не имеют характера национальной борьбы, и причиной их является своеволие или честолюбие норманнских баронов. Таково, например, восстание баронов под предводительством старшего сына В., Роберта, который добился того, что отец отдал ему в управление Нормандию (1080).
Последовательный ряд восстаний англосаксов изменил положение В.; после их усмирения он владеет Англией уже не только на правах преемника Альфреда Великого и Эдуарда Исповедника, но и по праву завоевания. Этот двойственный характер его власти выразился в его правительственной системе, которая представляет соединение прежнего англосаксонского строя с нормандским феодализмом. Почва для установления феодального порядка была уже подготовлена, так как еще до появления норманнов феодальная система землевладения распространилась на большую часть крупных земельных участков и аллодиальная собственность оставалась, в виде исключения, в руках самых знатных родов. Раздавая своим норманнам земли на феодальных основаниях, В. в то же время старался принять меры против последствий феодализма. Английская феодальная система, введенная норманнским завоеванием, очень существенными чертами отличается от континентальной. Владения многих баронов достигали очень значительных размеров, но они были разбросаны по всей стране, и это обстоятельство служило препятствием образованию системы крупных поместий. В графствах В. ввел управление шерифов — чиновников, которые получали назначение и находились в непосредственной зависимости от короля. Большие графства, созданные Канутом Вел., были уничтожены, и только в трех местах В. основал палатинаты (честерский, дергемский и кентский); два из них были отданы духовным лицам, которые, разумеется, не могли передавать своей власти по наследству. В то же время противовесом феодализму служили старые английские учреждения, отчасти сохраненные В. Он усилил систему круговой поруки десятен (frankpledge) и сохранил суды сотен и графств. Всякий вассал, кроме той присяги, которую он приносил сеньору, обязан был еще давать клятву верности королю. Оплотом против феодализма служила организация церкви. Низложив кентерберийского архиепископа Стигаида, В. возвел на его место Ланфранка и большую часть английских прелатов заместил нормандскими. Зависимость церкви от короля была увеличена: епископ приносил королю ленную присягу; королевский вассал не мог быть отлучен от церкви без дозволения короля. Светская и церковная юрисдикции были строго разделены. Постановления соборов получали утверждение от короля. Сношения церкви с Папой были также подчинены его контролю. Относительно св. престола В. вообще держался вполне независимо и на требование Григория VII принести ленную присягу отвечал гордым отказом. В 1086 г. В. велел составить подробную перепись земельных участков и повинностей, связанных с землевладением; запись эта носит название Domesdaybook (см. это слово) и наряду с «Leges et Consuetudines Willelmi etc.» («Англосаксонское право с добавлениями и изменениями В.») является главным источником для знакомства с внутренней историей Англии при В. Завоевателе.
Перед смертью В. пришлось вести войну с возмутившимися баронами Нормандии и помогавшими им соседними французскими владетелями. Объезжая пылавшие развалины взятого им города Манта, В. был сброшен с седла и получил смертельный ушиб. Его перевезли в Руан, где он и умер (7 сент. 1087 г.). Старший сын В. Роберт наследовал ему в Нормандии, второй, Вильгельм — в Англии. Кроме общих сочинений, см. Aug. Thierry, «Histoire de la conquête de l’Angleterre par les Normands»; Planché, «The Conqueror and his companions»; Freeman, «History of the Norman Conquest of England» и его же, «William the Conqueror».
А. Кудрявцев.




Continue Reading

Докетизм это:

так называется еретическое учение в христологии, утверждающее призрачность Богочеловека. Христос, по словам этого учения, только казался человеком, Его тело лишь казалось телесным. В Д. нельзя видеть определенной системы, а следует скорее признать направление мысли, свойственное по преимуществу гностицизму (см.), в котором христологические учения тесно переплетены с восточными понятиями о космологии и с греческим национализмом. Само слово «докетизм» не встречается у первых писателей, боровшихся против гностицизма; напр., его нет у Иринея. Первый писатель, упоминающий о докетизме — Феодорит — говорит о Маркионе, Василиде и других докетах. Ипполит в своем опровержении ересей (кн. VIII, § 8-11) излагает учение докетов и считает их определенной гностической сектой. Судя по изложению Ипполита, докеты весьма близки к учению Симона и Валентина. Отношение Бога к миру докеты представляют себе в образе семени, дерева и плода: как семя разрастается в плод, так и Бог открывается в мире, первоначально в мире интеллигибельном, в мире эонов, а потом и в видимом. Демиург, огненный Бог, создал внешний мир. Существо Демиурга — тьма, во тьме держит он снисшедшие (охладившиеся, αποψυγείσαι) θз мира света вечные идеи — души, и заставляет их вечно менять свой образ (переселение душ). Это блуждание прекращается с появлением Спасителя, Который создан гармоническим действием всех эонов и назыв. Единородным (μονογενής). Земную жизнь Христа докеты толкуют с точки зрения своей космологии; так, напр., 30 лет земной жизни Христа ставятся в связь с 30-ю идеями тридцати эонов. Если брать Д. в более обширном значении, чем это делает Ипполит, то в Д. придется различать несколько видов и направлений — дело, впрочем, рискованное ввиду неполноты источников. Баумгартен-Крузиус в своей истории христианских догматов различает семь видов Д.: 1) учение Иосифа и Филона о том, что тела, в которых проявлялись небесные существа, не принадлежали в действительности им самим, а были лишь внешней для них формой. 2) Учение Василида (см.), что человеческий элемент в Христе не участвовал в искуплении, или учение Маркиона, что Христос явился исключительно как дух. 3) Учение Симона и его последователей, что телесная природа Христа была лишь видимостью, иллюзией. 4) Учение валентиниан (см.) и Вардесана (см.), что Христос — существо сверхъестественное, имеющее лишь чувственный образ. 5) Учение последователей Василида, что естество Христа, по смерти Его, изменилось. 6) Учение Керинфа, по которому в Христе было два естества, не соединенных между собой, но соединенных лишь случайно. Наконец, 7) учение Аполлинария и Евтихия, которых церковь всегда считала докетами, хотя они и признавали двоякую природу в Христе, божественную и человеческую; но божественная, по их воззрению, почти целиком поглощала человеческую.
Э. Р.

Continue Reading

Джами это:

(Абд-эр-рахман Нур-эд-дин Ибн Ахмед, по прозвищу Джами, 1414-1492) — знаменитый персидский поэт и ученый. Слава Д. была настолько громка, что персидский султан Абу-Саид вызвал его к своему двору в Герат; здесь Д. остался и при следующем султане, визирем которого был известный персидский меценат — Мир-Али-Шир. Д. сторонился придворных удовольствий и предавался созерцательной жизни; сам низкого происхождения, он любил общение с простым людом; в свою очередь, народ обожал Д. В день его смерти весь город был в трауре. По повелению султана, поэту-дервишу были устроены блестящие похороны. После Д. осталось до 40 произведений самого разнообразного содержания. Для ориенталистов важнейшим является обширный трактат Д. о суфизме (см.): «Нефехат-аль-онс» (изд. в Калькутте 1859, а по-турецки 1854; французский перевод Silvestre de Sacy: «Les haleines de la familiarité. vie des sofis», Пар., 1831 — и в «Notices et extraits», т. XII). Он содержит в себе систематическое изложение и историю суфийских доктрин. Прекрасным материалом для ознакомления с сектой могут служить и поэтические произведения Д. Обычный читатель (даже восточный) легко и с гораздо большим удовольствием может понимать их вовсе не иносказательно; но нет сомнения, что Д. старался придать своим поэтическим произведениям и другой, сокровенный смысл. Лирические стихотворения Д. заключаются в трех его «Диванах»; значительная их часть переведена Рюккертом («Aus Dschami’s Liebesliedern», в «Zeitschrift der Deutschen Morgenländischen Geselchalt» (т. 2-6 и 24-29) и Виккергаузером («Liebe, Wein und Mancherlei», Лпц. 1855, также: «Blüthenkranz aus Dschami’s zweitem Diwan», Вена, 1858). Главную поэтическую славу Д. составляет «седмерица» поэм, под заглавием «Хефт овренг», т. е. «Семь звезд Большой Медведицы». Сюда относятся: 1) «Юсоф о Золейха» (Иосиф и Пентефрия) — одно из наиболее изящных произведений персидской словесности (у суфиев любовь Золейхи к Иосифу означает любовь твари к своему Создателю). Издана поэма в Мешхеде 1862 и в Лукноу 1879. Перс. текст, вместе с стихотворным нем. переводом, издан Розенцвейгом (Вена, 1824). На англ. язык Th. Law перевел несколько отрывков в «Asiatic Miscellanies», а полный перевод (стихотв.) Т. H. Griffith’a вышел в Лондоне в 1882 г. 2) «Лейла и Меджнун» — прелестная идиллическая поэма из жизни кочевых арабов; герой и героиня принадлежат к двум враждующим родам и напоминают своей судьбой Ромео и Джульетту (франц. пер. Chézy, П., 1805, нем. — Hartmann’a (1807). 3) Собхет-ольэбрар, т. е. «Четки праведников» — содержания мистического и дидактического; изд. в Калькутте 1811 и 1818; Forbes Falconer издал его в Лондоне 1849. 4) «Тохфет-оль-эхрар», т. е. «Подарок благородных» — также этико-аскетическ. направления; изд. в Лондоне 1848. 5) «Сельман и Абсаль» — аллег. эпос, разобранный Garcin de Tassy в «Journal Asiatique», 1850; англ. изд.: F. Falconer’a, Лонд., 1850; его же перевод, Лонд., 1856; еще англ. стихотворения перев. Л., 1879, 6) «Сельселет-оз-зехеб» («Золотая цепь») — мистико-аллегорич. содержания. 7) «Хиреднаме-и-Искендер, «Книга премудрости Александра Македонского» — кончается дервишским рассуждением о тщете людского счастья. Стихами изложено также описание двух святынь — Мекки и Медины («Фотух-оль-херамейн») и «Доказательства пророческого достоинства Мухаммеда». «Шевахид-он-нобоввет»), «Бехаристан», т. е. «Весенний сад» — сборник смешанного содержания, состоящий из 8 книг и представляющий подражание «Розовому цветнику» («Гюлистан») Саади. Одна из книг («Певчие птицы») содержит биографии персидских поэтов. Полные издания «Бехаристана»: в Булаке 1858, Константинополе 1868, и Вене 1846 («Der Frühlingsgarten», persisch und deutsch von M. v. Schlechta Wssehrd). Переводы отрывков из «Б.»: последняя книга («Басни») — в. «Anthologia Persica» (Вена, 1778); Langlés: «Contes, sentences et fables, tirés d’auteurs arabes et persans» (Париж, 1788); A. L. Chézy: «Oina et Rya» («Journal Asiatique», 1822); Defrémery: «Achter et Dieida» («Journ. Asiat.», 1842). См. также: «Coup d’oeil sur Djami et sur son ouvrage Béharistan», par Grangeret de Lagrange (Париж, 1825). Д. написал еще целый ряд прозаических рассуждений о филологии, стилистике, приемах поэтического творчества, метрике и т. п. Комментарий Д. к арабскому синтаксису Ибн-оль-Хаджиба (Тегеран, 1850, Каунпор, 1876), «Инша», или «Рикаат», служит в Персии и до настоящего времени образцом письменного стиля; в начале и в конце каждого письма помещен какой-нибудь подобающий стишок. Blochmann издал под заглавием «A treatise on persian rhyme» персидский текст рассуждения Д. о стихосложении (Калькутта, 1867). Гладуин издал, вместе с англ. переводом, «Нисаби теджниси логет» («Resemblances linear and verbal», Лонд., 1811); в сочинении этом, основанном на недостатках арабской азбуки, которая не имеет знаков для выражения гласных звуков, даны правила для вычурной игры словами; подобные «Arts poétiques» были в высшей степени пагубны для развития персидской и вообще восточной поэзии, приучая
поэта обращать все внимание на натянутую и искусственную постройку формы, в ущерб содержанию. Собрание произведений Д. напечатано в Калькутте (1811), под именем «Коллиет»; другое собрание вышло в Лукно (1890); но до настоящего времени не все сочинения Д. изданы. Из рукописных собраний сочинений Д. замечательнейшее находится в России (см. «Collections scientifiques de l’Institut des langues orientales du Ministère des affaires étrangères. Manuscrits persans décrits par le baron Victor Rosen»; СПб., 1886). Другая важная рукопись «Дивана», написанная еще при жизни Д., хранится в библиотеке Лазаревского института восточных языков. О жизни и произведениях Д. см., кроме Лагранжа: Hammer, «Gesch. d. sch. R.-K. Persiens», стр. 312 — 348 (вместе с антологией); Rosenzweig, «Biografische Notizen über Mewlânâ Abd ur-Rahmân Dschâmi, nebst Uebersetzungsproben» (Вена, 1840) и Ethé: «Die höfische und romantische Poesie der Perser» (Гамбург, 1887). Д. был последним великим поэтом Персии, хотя уже у него замечаются в темах и поэтических образах громадные заимствования из Гафиза, Саади, Низами.
А. Крымский.

Continue Reading

Гонт это:

(от польского слова gont) — тонкие и недлинные деревянные пластинки или дощечки, употребляемые на покрытие крыш — «гонтинки«. 1) Польский кровельный, или шпунтовый, Г., длиною 20-28 дюймов, шириною 4-6 дюймов и толщиною 2-7 линий, имеет вдоль одной из длинных его сторон желобообразную выемку — паз, фальц или шпунт, в который при делании крыши входит заостренная противоположная сторона — кант, гребень или перо — другой гонтины, помещенной рядом с первою и тоже снабженной пазом. Этот Г. приготовляется из ели и осины: колотый, или ручного приготовления, и пиленый, или машинного производства [Кроме того, различают чистый, выструганный Г. от невыструганного.]. Колотый Г. получается при раскалывании лучшей древесины по направлению сердцевинных лучей и имеет неодинаковую в различных своих частях толщину — у него паз не всегда вполне соответствует перу, отчего соединение гонтин менее плотно и требуется особая отделка пера плотником; он легко коробится на солнце и стоит дороже машинного, так как на приготовление его и при покрышке тратится значительно больше времени; один рабочий приготовляет в день 240 гонтин ручным способом и 500 — машинным и прибивает к обрешетнику стропил («латам») при устройстве крыши — 400 первых и 1000 вторых. Существующее убеждение о большей прочности ручного Г. не подтвердилось исследованиями Экснера и Виснера. Расход древесины при изготовлении Г. машиной вдвое меньше: на 1000 гонтин ручного производства 24 д. длины и 3-4 д. ширины расходуется при самых благоприятных условиях не менее 60 кб. фт. хорошей прямослойной древесины, а при работе машины 27-30 кб. фт. Из многочисленных машин для приготовления Г. — «гонтувок» (Привислянские губ.) — наиболее распространены усовершенствованная машина Ганглоффа, делающая паз и перо круглою пилою, и Кароффа, в которой это выполняется режущими приспособлениями — особыми стругами (рисунки и описания обеих машин в «Wiener Landwirthschaftliche Zeitung» 1874, №№ 9 и 19 и в «Лесном журнале» 1875 г. выпуск 1-й). Гонтовые крыши, сделанные из хорошего материала, могут простоять 15 и даже 20 лет [По урочному положению на покрытие одной квадр. саж. крыши Г. требуется: гонтин в чистой отделке, длиною 12 ½ д. и шириною 2 ½ в. — 154 штуки, гвоздей гонтовых, считая и излом, — 185 (1,68 фунт.) и работы плотников — 0,5 дня. Но при покрытиях в разжелобках крыш, закруглениях и т. п. необходимо: гонтин — 231, гвоздей — 275 (2 ½ фунта) и работы плотников — 0,7 дня.]. Учет Г. производится копами в 60 штук, реже сотнями. — 2) Финляндский Г. — см. Дрань крышечная. — 3) Стенной Г., или мауерлат — брусья толщиною 6-7 д., прокладываемые под балки вдоль стен каменных построек, преимущественно над перемычками и арками, для возможно равномерного распределения давления, производимого балками на стену.
В. Собичевский.

Continue Reading

Дигесты это:

а) название сочинений римских юристов, в которых они, по-видимому, давали систематическое обозрение всего римского права или каких-нибудь его частей на основании собственных и чужих трудов. Содержание Д. было разнообразно. Так, Д. Алфена Вара посвящены были обозрению по преимуществу jus civile; Д. Сцеволы — responsa prudentium; Д. Цельза и Юлиана — всего римского права, не только гражданского, но и многих частей публичного; наконец, Д. Марцелла — отчасти догматическому, а отчасти экзегетическому объяснению источников права. Составить себе более точное представление о составе и содержании Д. римских юристов мы не можем, так как сохранившиеся остатки их, переданные в Д. Юстиниана (см. ниже), совершенно недостаточны для этой цели. Отсюда — разногласия в литературе относительно характера этого рода сочин. римских юристов. О них см. Mommsen, «Die Bedeutung des Wortes Digesta» в «Zeitschr. für Rechtsgesch.» (VII); H. Pernice, «Miscellanea zur Rechtsgesch. und Textkritik»; Krüger, «Gesch. d. Quellen» (131 сл.) и Karlowa, «Röm. Rechtsg.» (I, 669-71); б) название одной из составных частей законодательной компиляции Юстиниана (см. «Corpus juris civilis»), имеющей в настоящее время особую цену, так как она содержит в себе собрание отрывков из почти совершенно не дошедших до нас сочинений римских юристов и служит поэтому самым главным источником наших сведений о характере римского юридического (научного) творчества. Д., по плану Юстиниана, должны были дать законодательный сборник того, что римляне называли jus, т. е. действовавшего права, выработанного теоретическим и судебным творчеством юристов, в противоположность leges — продуктам работы законодательства, собранным в кодексе (см.). До него сведения об этом jus почерпались прямо из сочинений тех из римских юристов, которым так назыв. Валентианов закон о цитатах сообщил юридическую силу. Юстиниан желал устранить практические неудобства, проистекавшие при применении права из противоречий, разногласий и разновременности составления сочинений, а также случайность и промахи судей в выборе того или другого из них для руководства. Согласно с этой целью, конституцией «Deo auctore» (15 дек. 530) Трибониану (см.) было предписано учредить комиссию, которая, собрав все сочинения, получившие по Валентинианову закону силу судебного авторитета, составила бы из них сборник извлечений, необходимых для пользования в судах, устранив все излишнее, противоречия, разногласия повторения и устарелые места. Затем, в ходе работы, порядке распределения материала и выборе мест из соч. юристов комиссии была предоставлена полная свобода. Комиссия была составлена из четырех профессоров права: Феофила, Дорофея, Анатолия и Критина, 11 адвокатов и одного чиновника и, под руководством Трибониана, приступила к составлению сборника. Наскоро и с большими погрешностями был составлен список соч., из которых предполагалось сделать выбор, — список, впрочем, огромный: в него вошло до 2000 сочинений, обнимавших 3 млн. строк, и из них 1625 в действительности воспользовались для Д. — Комиссия разделила весь материал на три группы: Сабинову группу — по преимуществу толкования на jus civile, составленные Сабином и его комментаторами; эдиктную группу — комментарии на преторский эдикт; и Папинианову группу, объяснявшую отдельные юридические вопросы и случаи. Каждая группа была обработана отдельно, а затем результаты были соединены в одно сочинение, расположенное по системе преторского эдикта, и притом таким образом, что результаты обработки одной группы связывались с другими без дальнейшей обработки, т. е. были присоединяемы непосредственно один к другому; лишь в конце делались небольшие добавления из пропущенных соч. Комиссия широко воспользовалась и правом делать сокращения, устранять противоречия и устарелые места и т. д. Множество старых юридических терминов римского права уже не встречается в Д.; в массе мест мы имеем не подлинные мнения юристов, а положения, исправленные Трибонианом и его сотрудниками (так назыв. interpolationes, или emblemata Triboniani); отсутствуют во многих местах разногласия юристов и т. д.; с другой стороны, и сама комиссия, желая устранить несовершенства старых трудов, внесла множество неудачных поправок и создала новые противоречия, затемняющие не только смысл сочинений юристов, но и самого действовавшего права. Д., таким образ., являются далеко не точным и не совершенным выражением сочин. римских юристов и духа классического римского права. Тем не менее, промахи работы по большей части настолько ясны, что не мешают различать подлинный дух римского права от позднейших добавлений, и по Д. мы все-таки
можем часто восстановить не только положения этого права, но и индивидуальные особенности его отдельных творцов, особенно тех, которым по преимуществу посчастливилось в извлечениях из их сочинений, т. е. Ульпиана, из которого заимствовано около трети, и Павла, у которого взято около 6-й части всех Д. Работа над Д. была окончена в три года; конституция Deo auctore была издана 15 дек. 530 г., и в конце 533 г. Д. были обнародованы через конституцию Tanta (Δεδωκεν), с законодательной силой, благодаря чему они и стали применяться для решения практических вопросов вместе с кодексом и новеллами. До нас Д. Юстиниана дошли в нескольких рукописях, важнейшая из которых составляла в средние века драгоценность города Пизы, но была увезена оттуда, при завоевании Пизы, во Флоренцию (отсюда и два ее названия: Pisana и Florentina). Рукопись написана в VII в. греческими переписчиками, была тщательно исправлена ими по другому экземпляру и служит наиболее точным списком подлинных Д. С нее сделаны многочисленные вульгаты — списки, бывшие в обращении у глоссаторов (см.), дающие иногда некоторые добавления и улучшения Флорентины, но в большинстве случаев повторяющие ее ошибки, с добавлением своих собственных. Вульгаты не представляют собой также цельных рукописей Д.; они распадаются на несколько частей, согласно порядку преподавания Д. в средние века, и носят названия: Digestum vetus (от 1 до 23 книги), infortiatum (от 24 до 38) и novum (от 38 до 50). На основании этих рукописей составлены и печатные издания Д., соединяемые теперь в одну книгу, составляющую часть «Corpus juris civilis». При самом издании Д. они были разделены на 7 частей и 50 книг; книги распадаются на титулы, получившие заглавия от сочинений, из которых они заимствованы; титулы затем делятся на фрагменты, или отрывки, из сочинений юристов, с указанием имени автора и его сочинений; отрывки — на §§, иногда с предисловием к последним, называемым principium. В связи с этим делением стоит способ цитирования Д. в литературе. Цитируется именно каждое из этих подразделений, кроме деления на части, однако разными способами: а) указывается в последовательном порядке книга, титул, фрагмент и параграф, например D. 17, 1, fr. 2, pr. (principium) или § 1; б) указывается вперед фрагмент или отрывок, который называют тогда lex, или fragmentum; обозначается название Д. посредством буквы D.; затем идет название титула, и наконец, в скобках прибавляется название книги и титула, например 1. 2 pr. D. mandati (17, 1). Когда отрывок называют fragmentum, цитируя «fr.», тогда обозначения Д. не ставят, так как фрагменты существуют только в Д. и цитата имеет такой вид: fr. 2 pr. mandati (17, 1).
Ср. Krüger, «Geschichte der Quellen» (§ 43); Karlowa, «Röm. Rechtsgesch.» (I, § 117); Grandewitz, «Interpolationen in den Pandecten» (1887). Лучшее издание Д. с проверенным критически текстом принадлежит Mommsen’y, под заглавием: «Digesta Justiniani Augusti» (1870), с обширным предисловием; его же издание, стереотипное для школьного употребления, вышло в 1872 г. Новейшее издание Lenel’я, под заглавием «Palingenesia juris civilis», составлено по тексту Mommsen’a, но расположено не по системе Д., а по именам юристов, из сочинения которых взяты отрывки в Д.
В. Н.




Continue Reading

Альстер это:

приток Эльбы, имеющий только 52 км длины, но особенно важный для Гамбурга, вытекая из Тимгагенского болота в Голштейне, при Наэрфурте, соединяется с двумя другими ручьями и течет к югу по направлению к Гарвстегуде. Близ Еппендорфа, в 5 км от Гамбурга, А. имеет 16 м ширины, а на его северной стороне образует небольшое озеро, называемое Большой А., или Аусенальстер; А. богат рыбою и сделан судоходным посредством шлюзов. После входа в город он расширяется и образует Бинненальстер, четырехугольный бассейн около 1750 м в окружности, образующий вместе с окружающими его бульварами и улицами одну из красивейших местностей Гамбурга. Затем А. протекает через остальную часть города и через несколько каналов вливает свои воды в Эльбу. Эти каналы во время отлива наполовину сухи, так как воды А. не хватает, чтобы их наполнить, но во время прилива они быстро наполняются прибывающею водою из Эльбы, и на них тогда появляются многочисленные небольшие суда, которые посредством построенного после пожара 1842 года каменного шлюза могут проходить в А. Со времени этого пожара часть воды А. служит для отведения посредством подземных каналов городских нечистот в нижнюю Эльбу.

Continue Reading

Алжирия, Алжир это:

Алжирия (фр. Algérie), или Алжир, — название французской колонии в Северн. Африке, простирающейся вдоль берегов Средиземного моря между Тунисом на востоке и Марокко на западе на протяжении 1070 км, на юге же заходящей далеко в глубь Сахары и обнимающей приблизительно среднюю часть североафриканского Атласа. Все пространство, занимаемое этим колониальным владением, равняется 667065 кв. км. Очертания берегов мало развиты; по большей части это высокие скалистые берега, только изредка чередующиеся с плоскими полосами, часто выступающие вперед в виде крутых мысов и образующие многочисленные бухты, мало пригодные, однако, для кораблей. За этой береговой полосой страна представляет высокое плато, поднимающееся на 1000 и даже на 1100 м над уровнем моря. Плато это отчасти покрыто горами, отчасти же представляет равнины со спуском на юг по направлению к Сахаре. По отношению к физическому устройству А. можно разделить на 3 пояса. По северному краю его, вдоль берега Средиземного моря, тянется полоса Малого Атласа, называемая Теллем, гористая местность с многими небольшими цепями, идущими параллельно берегу. Между этими цепями расположены друг над другом в виде целого ряда террас многочисленные долины, реки которых по глубоким ложбинам быстро несутся к морю.
шотты» и «себхи», — которые летом покрываются блестящей соляной корой. Из таких болот наиболее замечательные: Шотт-ель-Гарби, Шотт-э’-Шарки (1650 кв. км, на высоте 1000 м), Себха-Зегег и Себха-эль-Гадна. Такого рода соляные болота встречаются также и на Малом Атласе, и по берегу моря. От них и вся эта степная полоса, занимающая около 130000 кв. км, называется у туземцев Шотт, или Сбак (единств. число от Себха). На юге равнины эти отделяются Большим Атласом от третьей полосы Сахары. Большой Атлас достигает наибольшей высоты в своей восточной части, Джебль-Ауреси, где величайшая вершина (Шелиа) подымается на 2328 м, в западной же части значительно понижается. Горы Атласа, пересекаемые часто ущельями, по большей части покрыты лесами из кедровых орешников, дубов, грабин, ясеней, кедров и фисташковых деревьев. У южной подошвы его начинается Сахара — скалистое плато, средняя высота которого доходит до 500 м. Она заключает в себе множество котловин, отделяемых друг от друга значительными горными цепями. По большей части это обширные безводные пространства с затверделой глинистой или скалистой почвой, носящей название гамада. Они пересекаются рядами дюн, которые своей скудною растительностью значительно облегчают переезды по этой пустыне. В самых глубоких местах этих котловин встречаются соляные болота или озера, себхи, окруженные финиковыми пальмами, под тенью которых жителям удается некоторая обработка почвы. Наибольшее соляное озеро — это Себха-Мельгир, в которое впадают Вед-эль-Араб и Вад-Гелал, берущие свое начало на Большом Атласе. Самые южные оазисы франц. части Сахары, пространство которой определяется приблизительно в 370000 кв. килом., по направлению с востока на запад след.: Вади-Суф, Вади-Риг (Туггурт), Вади-Темазин, Варгла, Эль-Голеа, оазисы Бени-Мзаб и Улад-Сиди-Шейх. Из рек, берущих свое начало в горах, но часто высыхающих летом, самая значительная река Шелиф, длиною в 270 км. Кроме того, заслуживают еще упоминания: Сейбуз, впадающий в море близ Боны, длиною в 180 килом., Вад-эль-Кебир, или Руммель, впадающий близ Константины (135 км), Бужия, протекающая по плодородной долине (90 км), Гаррах и Мазафран, орошающие Метиджу и Тафна (340 км) с левым притоком Исли. Все эти реки впадают в Средиземное море, тогда как те, которые берут свое начало на южном склоне Атласа, впадают в соляные болота или исчезают в песках.»
Из горных масс наиболее значительные суть следующие: Джерджера (до 2300 м) на востоке от Алжира, Бабор к юго-востоку от Бужии (1995 м) и Ванчеричи к югу от Орлеансвилля (1990 м). Между ними простираются плодородные речные долины, из которых важнейшие — Метиджа близ Алжира, равнины Оранская, Тлеладская, Сиратская, Эгрис (к югу от Маскары) и обширная долина Шелифа. К югу от этой гористой, приблизительно в 160000 кв. км, полосы тянутся широкие сухие равнины, где пресную воду можно достать лишь в колодцах. Равнины эти частью покрыты длинными сухими стеблевидными травами (Halfa stipa tenacissima), частью же сорной травой и заключают также обширные соляные болота — «шотты» и «себхи», — которые летом покрываются блестящей соляной корой. Из таких болот наиболее замечательные: Шотт-ель-Гарби, Шотт-э’-Шарки (1650 кв. км, на высоте 1000 м), Себха-Зегег и Себха-эль-Гадна. Такого рода соляные болота встречаются также и на Малом Атласе, и по берегу моря. От них и вся эта степная полоса, занимающая около 130000 кв. км, называется у туземцев Шотт, или Сбак (единств. число от Себха). На юге равнины эти отделяются Большим Атласом от третьей полосы Сахары. Большой Атлас достигает наибольшей высоты в своей восточной части, Джебль-Ауреси, где величайшая вершина (Шелиа) подымается на 2328 м, в западной же части значительно понижается. Горы Атласа, пересекаемые часто ущельями, по большей части покрыты лесами из кедровых орешников, дубов, грабин, ясеней, кедров и фисташковых деревьев. У южной подошвы его начинается Сахара — скалистое плато, средняя высота которого доходит до 500 м. Она заключает в себе множество котловин, отделяемых друг от друга значительными горными цепями. По большей части это обширные безводные пространства с затверделой глинистой или скалистой почвой, носящей название гамада. Они пересекаются рядами дюн, которые своей скудною растительностью значительно облегчают переезды по этой пустыне. В самых глубоких местах этих котловин встречаются соляные болота или озера, себхи, окруженные финиковыми пальмами, под тенью которых жителям удается некоторая обработка почвы. Наибольшее соляное озеро — это Себха-Мельгир, в которое впадают Вед-эль-Араб и Вад-Гелал, берущие свое начало на Большом Атласе. Самые южные оазисы франц. части Сахары, пространство которой определяется приблизительно в 370000 кв. килом., по направлению с востока на запад след.: Вади-Суф, Вади-Риг (Туггурт), Вади-Темазин, Варгла, Эль-Голеа, оазисы Бени-Мзаб и Улад-Сиди-Шейх. Из рек, берущих свое начало в горах, но часто высыхающих летом, самая значительная река Шелиф, длиною в 270 км. Кроме того, заслуживают еще упоминания: Сейбуз, впадающий в море близ Боны, длиною в 180 килом., Вад-эль-Кебир, или Руммель, впадающий близ Константины (135 км), Бужия, протекающая по плодородной долине (90 км), Гаррах и Мазафран, орошающие Метиджу и Тафна (340 км) с левым притоком Исли. Все эти реки впадают в Средиземное море, тогда как те, которые берут свое начало на южном склоне Атласа, впадают в соляные болота или исчезают в песках.
В наиболее возвышенных пунктах Атласских цепей почва состоит из гранита и гнейса, над которыми находится слой слюдяного сланца. Известняки вторичной и третичной формации образуют большую часть горы, но нет недостатка и в выступающих наподобие островов базальтах и трапповых породах. Из минералов в наибольшем количестве встречается соль, добываемая как из соляных озер, так и в виде каменной соли (близ Милы, Эль-Кантары и Варглы). Селитра встречается реже и не в чистом виде. Зато свинец попадается очень часто; очень богатые свинцовые руды находятся при Джебель-бу-Талебе к югу от Сетифа, в Кефум-Тебуль близ Ла-Каль, в окрестностях Тенеса, Себдана и в Ванчериче. Медь добывается в Тенесе, Милиане, Блиде и Музайе, сурьма — в Эль-Гамминате, ртуть — при Джемаппе и Гельме. Наиболее богатые железные руды, доставляющие ежемесячно 360000 цент. железа, находятся близ Боны, другие при Суме, недалеко от Буфарика, при Джебль-Тмулга в долине Шелифа, при Эйнь-Темучине, при Тафне, в 4 км от моря, при Эйн-Мокре и Джебль-Анини, в 4 км от Сетифа. Из других ископаемых особенно славятся оранский оникс, а при Джебль-Филфилле добывается великолепный белый кристаллический мрамор. Толфильские каменоломни доставляют мрамор для скульптурных произведений, а в Эйнь-Иекгалете добывается прозрачный ониксовый мрамор (вост. алебастр); великолепный красный мрамор древних (rosso antico) в 1878 г. вновь открыт близ Клебера и теперь разрабатывается. В большом количестве попадается также сера, магнезия и фарфоровая глина.
Климат А. вообще теплый, но вследствие значительного возвышения почвы не редкость также снег и морозы. В городе Алжире средняя годовая температура простирается до 19° Ц., причем наиболее высокая = 40°, а наиболее низкая = 1,6°. Осень по большей части начинается в конце сентября, страшными ливнями, сопровождаемыми сильными грозами. На Джерджере и Джебель-Ауресе снег лежит с ноября до мая. Летом вследствие почти полнейшего бездождия реки высыхают и растения увядают. Несколько раз в течение года дуют ветры из пустыни (симун); ветры эти, особенно летом, действуют необыкновенно расслабляющим образом даже на морском берегу, хотя от перехода через горы они здесь уже значительно теряют свою силу. Флора А. во многом сходна с флорой европейских стран, расположенных у Средиземного моря. Лесистые местности попадаются как в Телле, так и на Б. Атласе. Малорослая пальма растет в зап. части Телля, дикий артишок — в восточной. Из растений возделываются пшеница, ячмень и прочие злаки, далее табак, хлопчатая бумага, клещевина, марена, вино, слива и фиговое дерево. Травы и растения в Шотте прокармливают многочисленные стада рогатого скота. В оазисах Сахары финиковая пальма составляет главный предмет питания. На горах Телля и большого Атласа водятся еще львы и пантеры, хотя и в небольшом числе; чаще попадаются, особенно на юге, гиены и шакалы. По степным пространствам бродят стада газелей. Из домашних животных в Телле разводят рогатый скот, овец, лошадей, ослов и мулов; но лошади и овцы в Шотте лучше, чем в Телле. Верблюды употребляются преимущественно в Сахаре.
Население колонии А. по переписи 30 мая 1886 г. простиралось до 3817465 душ, из которых на управляемые гражданскими властями территории приходится 3324475 ч., а на военные (Territoires de commandements) — 492990 ч. Незначительную часть этого населения составляют европейцы, большинство же состоит из туземцев, которые принадлежат к четырем расам: берберийской, арабской, турецкой и иудейской. Хотя А. с XVI в. находился под властью турок, число их никогда не было значительно и теперь, при французском господстве, простирается лишь до 2663 ч. К ним следует еще причислить кулуигийцев, представляющих смесь турок с другими жителями. Но главную массу населения составляют арабы и берберы. Последние, так наз. кабилы (см. это сл.), представляют потомков древних нумидийцев и живут преимущественно в гористых местностях, где они оказывали сопротивление еще карфагенянам. При римском, как и при арабском и турецком господстве они оставались более или менее независимы, французам же удалось сломить их лишь после продолжительной борьбы. Они говорят на своем особенном языке, принадлежащем к группе берберийских языков.
К коренным обитателям страны, берберам, приблизительно около 670 ч., присоединились новоприбывшие многочисленные толпы арабов, овладевших господством и заставивших кабилов принять ислам. Впрочем, те племена, которые в настоящее время считают себя арабскими, только отчасти имеют чисто арабское происхождение; по большей же части это берберы, усвоившие арабский язык и нравы. Французы дали им название бедуинов, хотя, в сущности, название это принадлежит лишь номадам Аравии. Таким образом, арабы составляют значительно преобладающий элемент туземного населения. Хотя как эти последние, так и кабилы делятся на трибы, устройство их, тем не менее, совершенно различное. Арабская триба или род — это патриархально-сплоченная семья, в свою очередь делящаяся на «дуары», или семейные группы. Группа шатров, расположенных кругом, называется дуаром (от Daur, круг), несколько таких дуаров образуют «ферку», т. е. фракцию, под главенством шейха; несколько ферк составляют трибу под начальством каида; несколько триб образуют «великий каидат», или «агалик». В свою очередь, несколько групп последнего рода, представляя как бы целый округ, находятся под властью баш-аги и образуют баши-агалик, или халифат. У кабилов же, наоборот, политической единицей служит деревня, «дехра», а триба представляет лишь смесь нескольких деревень, или дехури. Каждая дехра имеет своего старшину, амина, который в тех случаях, когда дело касается общих интересов, подчиняется «амину аминов». Старшина, или шейх, арабов назначается верховным вождем племени, амин же кабилов, напротив, выбирается своими подчиненными. Таким образом, политическое устройство кабилов является некоторым образом демократическим, между тем как у арабов оно соединяет в себе аристократические и теократические элементы. Арабы занимают места, удобные для земледелия и пастбища, в Телле и Сахаре. Часть туземного населения живет, как номады, в шатрах, другая же, более оседлая, в легких хижинах, или гурби. Только незначительная часть населения обладает деревянными или каменными домами. По счислению 1881 г. число арабов и кабилов в городах и племенах простиралось до 2850866 ч., причем в это число уже входят и мавры, составляющие главную массу городского населения. Последние представляют смесь преимущественно арабов и берберов с значительною примесью ренегатов из европейских стран и потомков изгнанных из Испании и Португалии морисков. Главным их занятием служит мелочная торговля и ремесла, находящиеся, однако, в упадке. Общее число мохаммеданского населения гражданской территории простиралось в 1880 г. до 1997942 ч., причем на провинцию Алжира приходилось 746221 ч., на Оран — 411540, а на Константину — 840181. Если сравнить эти цифры с числовыми данными предыдущих лет, то окажется значительное уменьшение туземного населения, между тем как европейское хотя и прогрессирует в одинаковой пропорции, но не настолько, однако, чтобы вознаградить за те усилия, которые делает франц. администрация для усиления колонизации.
Число европейцев, которых в 1857 г. насчитывалось 180472 души, в 1880 г. простиралось уже до 340492. Оседлое население в 1877 г. простиралось до 1352831 ч. По национальности своей население А. в 1881 г. состояло из 233937 французов, 2850866 туземцев-мусульман (арабов и кабилов), 34665 натурализованных евреев и 189944 иностранцев. Из последних по численности первое место занимают испанцы (11320), далее следуют итальянцы (33693), англичане и мальтийцы (15402) и немцы (4201). Что же касается движения европейского населения А., то в 1884 г. насчитывалось: 3166 браков, 15618 рождений и 13123 смертных случая, так что в последнее время оказывается излишек рождаемости над смертностью. Вообще же, однако, колонизация, несмотря на принимаемые меры, подвигается туго, и переселенцы только с трудом пробивают себе дорогу, находя мало сбыта для своих произведений.



Для улучшения земледелия правительство не щадило усилий, но успех оказался значительно ниже потраченных трудов. Так как система концессий оказалась очень вредной, то 31 дек. 1864 г. она была заменена, по американскому образцу, продажей земли. Из оседлого населения А. в 1881 г. земледелием занималось 83,3 %, а из земель под запашкой находилось 18300000 гект. Первое место из продуктов земледелия принадлежит ячменю, только в последнее время получившему там распространение, далее следуют рожь и пшеница. Овес, особенно белый и европейский, доставляет хорошие барыши и находит себе преимущественный сбыт в Марселе. Маис, бобы и кормовые травы растут хорошо в Телле; луга же редки вследствие недостатка воды. Разведение табака, принявшее было большие размеры, сильно пострадало в 1860—61 гг. от правительственного (регального) установления цены. Плоды и овощи служат предметами вывоза, хлопчатобумажная культура тоже начинает развиваться. Во время американского кризиса 1864 г. из А. было вывезено во Францию 400000 центн. этого продукта, хотя с тех пор хлопчатобумаж. культура опять упала. Виноделие доставило в 1875 г. 227840 гектол. вина, впрочем, плохого качества. Лучшего сорта вина разводятся лишь близ Стауели и Медеа. Шелковичное производство тоже развито, в 1872 г. добыто было 8655 клг. коконов. Попытки оздоровить болотистые местности с их лихорадками и бесчисленными москитами посредством насаждения бывают очень удачны. В провинции Константине очень развито разведение пробкового дерева. Вообще все пространство А., занятое лесами, равняется 2052276 гект. Скотоводство составляет также один из главных источников доходов для А.; разводятся преимущественно лошади, мулы и ослы. В болотах А. водится множество пиявок. Добыча кораллов увеличивается с каждым годом. Из 21 горного завода, розданных по концессиям, в 1872 г. работало лишь 6 с 1688 рабочими, при чем добыто было меди и железа 3749506 метр.-центн. = 4500000 фр.
О более сложной промышленности в А. не может быть и речи, так как все силы обращены на земледелие. Сырые продукты поэтому вывозятся во Францию, и лишь в Константине и Тлемзене существует некоторое промышленное оживление. Туземное население в Телле производит марокен, ковры, шелковый газ, затканную золотом кисею, тонкие седельные работы, обувь, в Сахаре же — шерстяные материи, бурнусы, гаики и другие шерстяные товары. Кабилы, более промышленные чем арабы, занимаются также обработкой железа, приготовляют земледельческие орудия, замки, сабли и т. п. Торговля, по большей части меновая, более развита в А., чем другие отрасли народного хозяйства. Внутренняя торговля сосредоточивается в известных пунктах, где туземцы обменивают свои продукты на европейские товары. Важнейшие из этих торговых пунктов в провинции Оране находятся в Тлемзене, Мостаганеме, Оране, в Маскаре, Эйн-Темухене и Тиарете; в провинции Алжире — в Арба-дю-Джендель, Буфарике, Алжире, Орлеаневилле, Тенесе, Медеа, Арибе и Богаре; в провинции Константине — в Константине, Гельме, Боне и Сетифе. Главным рынком для торговли служит Тиарет, для рогатого скота — Гельма, для хлеба — Арба-дю-Джендель. Франция покупает 3/4 продуктов страны и доставляет ей 4/5 всего ввоза. Главными предметами вывоза служат упомянутые уже произведения страны. Ввоз же состоит из различного рода тканей, сахара, спиртных напитков, кофе, мыла, чугуна и т. д. После Франции главное участие в торговле с А. принимают Англия, Испания и варварийские государства. В 1831 г. ввоз простирался до 7 млн. фр., в 1840 г. он доходил уже до 40 м., а в 1884 г. — до 289811000 фр. Вывоз же в 1830—40 гг. колебался между 2—3 млн. фр., в 1850 г. он дошел уже до 5 млн. фр., а в 1884 г. простирался на сумму в 175898000 фр. Главнейшим пунктом внешней торговли служит Алжир (см. это сл.); кроме того, значительные гавани представляют еще Филиппвилль, Бона, Бужи, Черчелль, Тенеси, Мостаганем, Оран и Немур. Сообщение береговых пунктов с внутренностью страны облегчается устройством путей сообщения; в 1885 г. А. владела 2030 км железных дорог. Караванная торговля довольно значительна, особенно после введенных в 1869 г. облегчений. Алжиро-Тунисская телеграфная сеть имела (1876) длину в 5585 км.
Во главе управления колонией А. находится (с 1871) гражданский генерал-губернатор, который, впрочем, одновременно служит и обер-комендантом всех сухопутных и морских военных сил А.; для гражданских дел при нем находится правительственный совет, в котором он исполняет роль председателя. Колония распадается (1877) на три провинции (халифаты): Алжир (105168 кв. км с 1072607 ж.), Константину (127064 кв. км с 1141838 ж.) и Оран (86103 кв. км с 653181 ж.), из которых каждая в гражданском отношении образует отдельный департамент. В последнее время переходы земель из Territoire de commandement в Territoire civil все усиливается, вследствие чего величина их постоянно меняется. Гражданская территория в 3 провинциях распадается на следующие округи (arrondissements, aghaliks): в департаменте Алжире — Алжир, Медея, Милиана, Орлеаневилль и Тиги-Узу; в департам. Константине — Батна, Бона, Константина, Бужи, Гельма, Филиппвилль и Сетиф; в департ. Оране — Маскара, Мостаганем, Оран, Сиди-Бель-Аббес и Тлемзен. Округи распадаются на кантоны (kaïdate). Военная же территория распадается на субдивизионы и округа (cercles). В провинции Алжире находятся субдивизионы Медеа и Омаль, в пр. Константине — Батна и Константина, в Оране же — Маскара и Тлемзен. Гражданское управление в каждом департаменте находится в руках префекта. Под его ведомством находятся 4 бюро — для всеобщего и муниципального управления, для колонизации и общественных работ, для счетной части и для арабских дел. С последним бюро не следует смешивать те «арабские бюро», которые стоят под управлением и контролем военного коменданта. Они состоят из 2—3 офицеров и одного переводчика и образуют высшую инстанцию для туземцев, управляемых собственными старшинами (kaïds, aghas и baschaghas). Доходы колонии в 1883 г. простирались на сумму в 43631607 фр., расходы — на 38507417 фр. Армия вместе с флотом в конце 1872 г. состояла из 73553 ч. и 15723 лошадей. В учебном отношении колония образует один академический округ, ректор которого живет в городе Алжире. Кроме курсов для изучения арабского языка, из высших учебных заведений существуют лишь приготовительная школа для врачей, 5 гимназий и лицей. В Константине и Алжире образовались общества для изучения древностей. Католики находятся под ведением архиепископа в Алжире, которому подчинены два епископа, в Оране и Константине, протестанты же управляются консисторией, находящейся в Алжире. Судебное ведомство, за исключением тех мест, где держится еще обычное право туземцев, устроено совершенно по французскому образцу. Императорским декретом от 19 авг. 1854 г. в шести местах образованы суды присяжных. Гражданские и коммерческие процессы между мохаммеданами решаются мусульманскими судами, учрежденными согласно декрету 1 окт. 1854 г.
Несмотря на непрочность своего положения и на те жертвы, которых до последнего времени требовала колония, фр. правительство всячески старалось содействовать культурному развитию страны. По указу 11 июля 1860 г. одна компания, во главе которой стояли граф Браницкий и банкир Готье, получила на 99 лет концессию для постройки важных телеграфных линий со многими гарантиями и привилегиями. Кроме того, правительство поощряло учреждение банков, ссудосберегательных касс, ссудных касс и т. п., которыми, впрочем, пользуется лишь европейская часть населения. Постройка подводного телеграфа от Марселя до Боны была закончена в конце июля 1870 г. С 1877 г. фр. правительство приняло проект инженера Дюпоншеля из Монпелье, предлагавшего построить через Сахару и Тимбукту железную дорогу для соединения А. с франц. колониями в Сенегале (см. Сахара). Больших усилий стоило правительству устройство в провинции Оране артезианских колодцев для устранения недостатка в воде и для разведения финиковых пальм.
История. В древнейшие времена в восточной области теперешней колонии А. жили нумидийцы, предки нынешних кабилов, а в западной — мавры. После завоевания Карфагена римлянами (в 146 г. до Р. Х.) области эти также перешли в состав Римской империи. Восточная часть теперешней А. между pp. Руммелем и Цайном (прежними Амисагой и Туской) составляла там часть римской провинции Африки, а со времени Константина Великого — провинцию Нумидию. Западная же часть образовала провинцию Mauritanie Caesariensis, a впоследствии 2 провинции — Mauritania Caesariensis и M. Sitifensis. Подобно всей Северной Африке, А. во времена римлян пользовалась цветущим благосостоянием и обладала множеством городов, преимущественно римских колоний. Страна превосходно возделывалась и считалась одной из плодороднейших провинций Римской империи. Но вторжение вандалов (см. это сл.), а потом арабов в продолжение двух с половиной столетий снова погрузило страну в прежнее состояние варварства. Хотя по утверждении господства арабов она опять стала подниматься, но прежнего процветания уже не достигала. Около 935 г. арабский князь Заир из рода Бени-Меранна построил город Эль-Дшезайр (исп. Argel), нынешний Алжир. Потомки Заира господствовали над А. до 1148 г., а после них Альмогады до 1269 г.; после чего страна распалась на несколько маленьких областей. В Тлемзене образовалось самостоятельное государство под властью Зиянидов, а города Алжир, Оран, Бужия, Тенес стали независимыми владениями, впоследствии, однако, обязанными платить дань королевству Тлемзен. Изгнанные в 1492 г. из Испании мавры и евреи поселились в А. и мстили христианам пиратством. Вследствие этого Фердинанд Католик напал на них, завоевал Бужио в 1506 г., а в 1509 г. Оран и город Алжир. Но когда испанцы отсюда стали угрожать даже эмиру Метиджи, Селим-Эвтеми пригласил греческого ренегата Горука (вернее Гаруджа) Барбароссу, пользовавшегося известностью, как предводитель турецких пиратов, с тем, чтобы тот освободил его из-под власти испанцев. Этим положено было основание владычеству Турции над А., с тех пор приходившей все в больший упадок. Горук явился в 1516 г., но скоро предательским образом обратился с своими корсарами против самого Селима-Эвтеми, умертвил его собственноручно и провозгласил себя султаном А. Вслед за этим он разбил султанов Тенеса и Тлемзена и овладел их областями. При таких же обстоятельствах в 1517 г. испанское войско выступило под начальством маркиза Гомареца из Орана (тогда исп. владения), разбило Горуха в нескольких сражениях и заперло его в Тлемзене; когда же он попытался бежать оттуда, то был застигнут испанцами и обезглавлен в 1518 г. Оставшиеся в А. турецкие пираты провозгласили тогда султаном брата Горука, Каир-ед-дин-Барбаросса, но последний, не чувствуя себя достаточно сильным, чтобы самому противостать испанцам, отдал в 1520 г. свое государство под верховное главенство султана Селима, который назначил его пашою и снабдил значительными подкреплениями, с помощью которых испанцы опять были изгнаны из страны. Каир-эд-дин благодаря своей храбрости, коварству и жестокости установил систему военного деспотизма и морского разбоя, до 1530 г. господствовавшую в А. Преемником его был Гассан-ага. Император Карл V старался положить конец все усиливавшемуся пиратству алжирцев. 20 окт. 1541 г. он высадился в Алжирской бухте с флотом в 370 кораблей, 20000 пехоты и 6000 всадников; но страшная буря, сопровождавшаяся землетрясением и сильным ливнем, уничтожила 24 октяб. большую часть флота и лагеря. Сухопутное войско без съестных припасов, крова и укреплений должно было провести несколько дней на неприятельском берегу и только с величайшими усилиями могло спастись от фанатических мусульман. Потеряв 14 военных и 150 транспортных судов и 8000 солдат с 300 офицеров, император, наконец, успел 27 окт. опять пуститься в море, но новая буря снова рассеяла флот; император должен был искать убежища в Бужио и лишь 25 ноября вступил в Карфагену.
При преемниках Гассана алжирцы производили морские нападения на христианские государства и часто даже высаживались на берегах Испании и Италии. На суше они также вели беспрестанные войны с соседними государствами. Еще до конца XVI столетия алжирские паши покорили себе всю западную страну до границы с Марокко, за исключением оставшегося в руках испанцев Орана. На востоке Бужио, которым испанцы владели 35 лет, в 1554 г. тоже был взят турками, а на юге их владения простирались до пустыни. Неоднократные попытки испанцев завладеть западными провинциями этого разбойничьего государства всегда оканчивались неудачей; в 1561 г. целое испанское войско под предводительством графа де Акодато было уничтожено при Мостаганеме. В 1600 г. турецкое войско янычар в А. выхлопотало себе в Константинополе позволение выбирать из своей среды дея, который должен был делить власть с пашой и быть их начальником. Следствием этого двоевластия были частые внутренние междоусобия. Когда алжирцы даже напали на берега Прованса, Людовик XIV трижды предпринимал походы, чтобы наказать их за это. В первый раз это было в 1682 г., когда французский адмирал Дюкен (Duquesne) 25 июля с 25 военными судами начал бомбардировать город Алжир, а дей в ответ зарядил одно орудие французским консулом Вашером и выстрелил им во французский флот. Вторичная бомбардировка, предпринятая французами 28 июня 1683 г., с 23 кораблями, уничтожила, правда, нижний город и повела к освобождению пленных христианских невольников, но других, более важных, последствий не имела, так что уже в 1687 г. фр. правительство нашло нужным выслать против алжирцев третий флот. Последний 26 июня бомбардировал опять город Алжир, под начальством маршала д’Эстре, и сжег шесть военных кораблей дея. Половина города была обращена в груду развалин, но и это не помогло. Нападение английского адмирала Блэка в 1655 г., равно как и обстреливание города в 1669 г. и 1670 г. англ. и голландским флотом также остались без последствий; тем не менее, англичане первые из европейцев стали заключать договоры с деями (с 1662 г.). Дей Ибрагим в 1708 г. овладел Ораном, до сих пор находившимся в руках испанцев. Преемник его, Баба-Али, сбросил с себя власть Турции, отослал турецкого пашу, до сих пор делившего с ним власть, и заставил Порту отказаться от назначения нового паши. Баба-Али даже перестал платить ей дань.
С тех пор А. образовала военную республику, во главе которой стоял избранный янычарами дей. Господствующая турецкая милиция пополняла свои ряды из черни Константинополя и Смирны. Внутренняя история А. под властью деев, кроме частых кровавых дворцовых революций, благодаря которым только редкий дей умирал естественною смертью, не представляет ничего замечательного. Испанцы, снова завоевавшие в 1732 г. Оран и Мерс-эль-Кебир, сохранили их до 1791 г., когда они уступили их дею и в 1775 г. предпринимали последнюю большую экспедицию против А. Флот из 44 военных и 340 транспортных судов под начальством адмирала Кастейона высадил 4 июля 22 т. сухопутного войска с генералом О’Рейльи, но все предприятие это было так плохо подготовлено, что испанцы, оставив 1800 раненых и все орудия, должны были опять сесть на корабли. Таким образом, А. продолжала не обращать внимания на христианские державы, заставляя более слабые платить ей дань. Лишь присутствие на Средиземном море больших военных флотов в эпоху Французской революции и Первой империи значительно подорвало пиратство, но когда по восстановлении европейского мира эти флоты были отозваны, морские грабежи усилились снова до такой степени, что христианские державы принуждены были принять решительные меры. Первый почин в этом деле принадлежит С.-Американским Соединенным Штатам. В июне 1815 г. американцы захватили два алжирских военных корабля, что побудило дея заключить 30 июня мир, по которому флаг Соединенных Штатов признавался неприкосновенным. В то же время британский адмирал, лорд Эксмоут, принудил остальные варварийские государства к признанию международного права по отношению к военнопленным и к уничтожению торговли невольниками. Тогдашний дей А., Омар, упорно отказывался принять это последнее требование, но Эксмоут 27 августа 1816 г. появился в виду Алжира с флотом, состоявшим из 19 военных кораблей, к которым присоединились еще 11 нидерландских фрегатов под начальством адмирала Ван Капеллен. Началась ужасная бомбардировка города из 2000 орудий, разрушившая в течение 10 часов город со всеми его укреплениями и военную силу дея, который 28 авг. принужден был подписать договор, по которому все христианские невольники должны были безвозмездно быть выпущены на свободу; полученный за пленных итальянцев выкуп возвращался обратно, а со всеми военнопленными вперед должно будет обращаться по европейскому международному праву. Укрепления Алжира, впрочем, скоро были восстановлены по приказанию дея.
По смерти Омара, убитого в 1817 г. янычарами, и его преемника Али, умершего от чумы в 1818 г., в деи был избран Гуссейн. Последний опять стал нападать на европейские суда и купцов и пришел в столкновение с французским правительством, которое в июне 1827 г. предприняло блокаду алжирских берегов. Эта мера, однако, не повела ни к чему, и министерство Полиньяка, желавшее блестящими военными действиями обозначить успех своей внутренней реакционной политики, решило предпринять завоевание А. Снаряжена была громадная экспедиция из 100 военных и 357 транспортных судов с сухопутным войском в 35000 чел. и 4000 лошадей. Сухопутное войско находилось под начальством генерала Бурмана, флот — под начальством вице-адмирала Дюперре. Высадка французов началась без помехи 14 июля 1830 г. в Сиди-Феррухской бухте; но в то время как они начали укреплять свою позицию, 19 июля они подверглись нападению зятя дея, Ибрагима-Аги, с 30000 турок. Французы, однако, отразили это нападение и отняли у неприятеля все орудия и обоз. Скоро после этого началась бомбардировка и с суши, и с моря, так что уже 5 июля дей сдался на капитуляцию под условием свободного отступления для себя и янычар. Весь флот его, оружие и государственная казна в 50 млн. фр. достались в руки победителей.
После падения города 2 франц. эскадры были посланы против Туниса и Триполи и принудили их отказаться от морских разбоев. Французские войска заняли приморские города — Бону, Оран и Бужио, отразили нападение бея Константины, но по пути в Блиду потерпели поражение от кабилов. После Июльской революции Бурман был отозван, а его преемником назначен Клозель, который задался целью завоевать всю страну до Атласа. В ноябре того же года был разбит бей титтерийский, занята Медеа и взята приступом Блида, но планы Клозеля насчет колонизации не нравились правительству Людовика-Филиппа, и это обстоятельство в связи с неудачным договором с тунисским беем было причиною того, что в феврале 1831 г. он был отозван. Правительство, вообще, охотно отказалось бы от всего этого тяжелого и опасного завоевания, тем более, что оно грозило испортить хорошие отношения с Англией, но общественное мнение, требовавшее энергичной внешней политики, не допускало отступиться от начатого. На место Клозеля назначен был генерал Бертезен, потерпевший 2 июля 1831 г. поражение в Тениаском проходе. Место его занял Савари (герцог Ровиго), который своим жестоким и насильственным обращением с побежденными восстановил все местное население против французов. Тогда его заменили генералом Авизаром (1832 г.), устроившим «Bureaux arabes», оказавшиеся впоследствии весьма полезными; преемник его, генерал Воароль, овладел (1833) превосходною гаванью Бугией и восстановил спокойствие в окрестностях г. Алжира. Но самого опасного врага французы нашли в лице Абд-эль-Кадера (см. это сл.), который как глава 30 арабских племен, соединившихся для священной войны, был провозглашен эмиром Маскары. После упорной борьбы фр. правительство заключило с ним 26 февр. 1834 г. мир, по которому за ним было признано господство над всеми арабскими племенами запада до р. Шелифа. Однако, несмотря на этот договор, уже в июле того же года война возобновилась опять и очень неудачно для французов. Не помогло и вторичное назначение Клозеля начальником алжирских войск — восстание распространилось по всей стране, и значение эмира все возрастало. Тогда Клозель был снова отозван, и генерал Дамремон был назначен генерал-губернатором.
Преемник его, Вале, старался утвердить фр. господство в восточной части страны, а Абд-эль-Кадер подчинил себе все западные племена к югу от своих владений до самой пустыни. Почувствовав себя достаточно сильным, он под предлогом мнимого нарушения неприкосновенности своих владений объявил мир недействительным и в ноябре 1838 г. неожиданно напал на французов. Несмотря на то, что Вале имел в своем распоряжении 70-тысячное войско, он принужден был держаться против Абд-эль-Кадера оборонительной системы, так что положение французов в А., несмотря на отдельные блестящие победы (взятие Медеи и Милианы), снова становилось шатким. Дела приняли благоприятный оборот, когда генерал-губернатором 22 февр. 1841 г. был назначен Бюжо (Bugeaud). Новая система, которой он следовал и для проведения которой он нашел способных исполнителей в лице Ламорисьера, Кавеньяка и Шангарнье, заключалась в том, чтобы, с одной стороны, утомлять противника беспрерывными набегами на отдельные племена и другими мелкими предприятиями, а с другой стороны — предпринимать против войск эмира большие экспедиции. Уже в мае 1841 г. французы овладели Текедемптом, укрепленным местопребыванием эмира, и Маскарой. Еще удачнее была осенняя кампания, когда Бюжо захватил Сайду, последнюю крепость Абд-эль-Кадера. В январе 1842 г. был предпринят поход в пограничную Мароккскую область, которая одна только оказывала еще сопротивление, при чем взяты были город Тлемзен и замок Тафруа. Генерал Бараго д’Иллие (Baraguay d’Hilliers) разрушил города Богар и Тазу, а генерал Бедо склонил на сторону французов племена кабилов, живших вокруг Тлемзена. Могущество Абд-эль-Кадера было почти уничтожено, так что он был вынужден отступить в Мароккскую область. Новое нападение, сделанное эмиром в марте 1842 г., было отражено и подчинение страны считалось уже законченным, когда летом 1842 г. Абд-эль-Кадер внезапно появился опять в А. и нанес французам поражение при Текедемпте и Маскаре. Принужденный, однако, скоро отступить опять на мароккскую почву, эмир проповедовал там священную войну, собирал многочисленные военные силы и даже добился того, что в конце мая 1844 г. против французов выступило и мароккское войско. Бюжо, однако, со всеми своими силами двинулся к границе и 14 августа нанес марокканцам решительное поражение при Исле (см. это сл.), между тем как фр. флот под нач. принца Жоанвиля бомбардировал Танжер и Могадор. При содействии Англии, опасавшейся, чтобы французы не распространили свою власть и на Марокко, 10 сент. состоялся с султаном Абд-ур-Рахманом мир, по которому последний обязался преследовать Абд-эль-Кадера. Несмотря на это, последний в 1845 г. снова вторгся в А. и постоянно возбуждал племена кабилов к восстаниям. Только после упорной борьбы и благодаря неутомимой деятельности так наз. «африканских» генералов (Ламорисьер, Кавеньяк, Шангарнье, Пелиссье, Бедо, Ст. Арно, Боске, Юссуф и т. д.) сопротивление последних было, наконец, сломлено. В то же время Бюжо стремился утвердить фр. господство и внутри страны, и этой же политики держались и его преемники, Бедо и герцог Омальский (с 1847). Восточная часть колонии за это время почти совершенно была умиротворена, а южные границы были распространены за пределы гор. Абд-эль-Кадер, подвергшийся нападению войск мароккского султана, должен был искать спасения на фр. почве и 22 дек. 1847 г. сдался Ламорисьеру.
Февральская революция 1848 года на время парализовала дальнейшее развитие фр. господства. Генерал Кавеньяк, сменивший (1848) герцога Омальского, отказался удовлетворить желание населения, стремившегося к более тесному политическому соединению А. с Францией. Фр. Национальное собрание удовольствовалось тем, что объявило А., которая до этого носила название регентства, вечным владением Республики и позволило 4 депутатам колонии принимать участие при обсуждении алжирских дел. В промежуток времени между 1848—52 гг. часто сменявшие друг друга генералы не раз должны были подавлять восстание в стране. После декабрьского переворота Людовик-Наполеон послал в колонию генерала Рандона, управлявшего А. с 1851 до 1858 года и оказавшего большие услуги утверждению и распространению фр. господства. В дек. 1852 г. генералы Пелиссье и Юссуф завладели оазисом Лагуатом на юге А., между тем как почти одновременно на крайнем юге страны могущественное племя бени-мзабов отдалось под фр. покровительство. Последующие 1853—54 гг. наполнены экспедициями против кабилов. Поход, предпринятый в 1854 г. из Лагуата против восставших арабов на юге, имел своим последствием подчинение оазисов Туггурта и Вади-Суфа. В след. годы французы распространили свою власть и на Улед-Сиди-Шейхов, и на оазис Варглу. С тех пор французы приобрели некоторое влияние на туарегские племена в северной части Средней Сахары и открыли себе путь для торговли с внутренней Африкой. С этою целью по поручению фр. правительства были предприняты точные исследования пограничных областей Сахары и сделаны неоднократные попытки установить караванное сообщение с Тимбукту и Сенегалом. Большая экспедиция, предпринятая Рандоном против племен Великой Кабилии в 1856—57 г., окончилась полным подчинением их и устройством военной дороги через Кабилию, так же как и Форта Наполеона, так что под властью французов находилась уже вся страна до северного края Сахары. Декретами 24 июня и 31 августа 1858 г. А. была вверена особому министерству, во главе которого сначала стоял принц Наполеон, а потом граф Шаселу-Лоба, но декретом 11 дек. 1860 г. министерство это было уничтожено и заменено генерал-губернаторством с неограниченной властью. Должность эту получил маршал Пелиссье.
С тех пор до 1864 г., за исключением нескольких незначительных восстаний туземцев, А. наслаждалась полным спокойствием. Но в начале 1864 г. фр. военное начальство присудило секретаря одного арабского начальника за какую-то легкую провинность к наказанию палочными ударами. Это наказание, считающееся у арабов самым позорным и никогда не применяемое к свободным людям, возбудило необыкновенное вооруженное восстание их в южной части провинции Орана. К ним присоединились и племена в округе Богари, но 13 и 14 мая генералы Делиньи и Юссуф разбили арабов в двух сражениях, и еще до окончания года большинство восставших изъявило покорность. Между тем в мае умер генерал Пелиссье, и на его место назначен в сентябре маршал Мак-Магон. В 1865 г. Наполеон III посетил А. и 5 марта издал прокламацию к арабам, в которой обещал им неприкосновенность их национальности и поземельной собственности. Но арабы во всех этих мерах увидели лишь признаки слабости и неспособности франц. правительства. Немедленно по отъезде императора вспыхнули восстания в Малой Кабилии и провинции Оране, вызванные как суровыми мерами «Bureaux arabes», так и разбоями племен, живущих на границах Телля. В окт. 1865 г. Си-Гамед Бен-Гамза с 12 т. всадников напал на племена, остававшиеся верными французам, но был оттиснут полковником Коломбом в Сахару. Разбитые племена принесли повинную. В марте 1866 г. Си-Гамед снова напал на одно мирное племя, но отброшен в пустыню. В начале 1867 г. французы предприняли новую экспедицию и совершенно разбили арабов при Голее. Последующие годы прошли спокойно, так как наступивший голод делал невозможными военные предприятия.
Это сравнительное спокойствие было нарушено опять в 1870 г. В январе Улед-Сиди-Шейхы, живущие отчасти на мароккской территории, принудили своих мирных соплеменников в южной части Оранской провинции бежать на более северные плато, где они подвергались всяким лишениям. Для защиты их снаряжена была экспедиция под нач. генерала Вимпфена, который прогнал врагов на мароккскую почву, где нанесли им чувствительное поражение. Открытие франко-прусской войны вызвало новые восстания. Фр. правительство отозвало с начала июля большую часть своих африканских войск во Францию; на место Мак-Магона временно был назначен генерал Дюрье. Когда в сент. между племенами юга распространилась весть об уничтожении фр. войска, они сочли это за самый удобный случай, чтобы свергнуть фр. иго. Прежде всех поднялись племена на юго-востоке провинции Константины, а в окт. с крайнего юга Оранской пр. двинулись на восток значительные труппы арабов. Однако благодаря бдительности и деятельности генерала Дюрье восстание это не сделалось всеобщим. Между тем превращение Франции в республику оказало свое влияние и на политические дела колонии. Республиканское правительство в Париже несколько поспешно даровало ей желаемые гражданские права. Затем на место прежнего военного управления декретом 24 окт. 1870 г. назначен был гражданский губернатор, который должен управлять тремя провинциями страны через своих префектов. Совещательный комитет, который должен ежегодно созываться в октябре и в состав которого входят префект, архиепископ, военный начальник и т. д. под председательством губернатора, обсуждает общий бюджет колонии. Туземным евреям дарованы права франц. гражданства. На место генерала Дюрье назначен был бригадный генерал Лаллеман, начальником всех военных сил страны. Гражданским же губернатором назначен Генри Дидье. Но еще прежде, чем последний успел прибыть, во всех более значительных городах А. усилилось революционное движение. В г. Алжире образовалось что-то вроде революционной коммуны, принудившее префекта подать в отставку. Точно таким же образом был вынужден отказаться от своей должности и генерал Валзан-Эстергази, весьма непопулярный военный, временно управлявший столицей.
Но раздоры среди европейского населения прекратились довольно скоро, когда волнения среди мохаммеданского населения перешли в открытое восстание. В начале 1871 г. поднялись в Кабилии оба шейха Эль-Мокрани и Бен-Али-Шериф, достигшие благодаря оказанным им прежде французским правительством почестям и годовому содержанию большого значения. К ним скоро присоединился и Эль-Гадад, глава ордена Сиди-Абдер-Раман Эль-Талеби, вследствие чего восстание получило преобладающе религиозный характер. Хотя французы оставались победителями всякий раз, когда дело доходило до открытого сражения, тем не менее, по мере распространения восстания они вынуждены были ограничиться лишь обороной укрепленных мест. Весною 1871 г. почти вся А. находилась в руках восставших; многие прибережные города, как Деллис, Джиджели и Шерчелль, были окружены со всех сторон и могли сообщаться с Алжиром лишь морем. Лишь по окончании франко-прусской войны и уничтожении Коммуны французы снова получили возможность перейти в наступление и усмирить восставших в течение лета 1871 г. Новый гражданский губернатор, вице-адмирал Гейдон, и его преемник, дивизионный генерал Шанзи (с июня 1873 г.), лишь с трудом могли поддерживать французское господство в А. В 1873 г. в А. введена была всеобщая воинская повинность, с некоторыми, впрочем, изменениями сравнительно с Францией (сокращение срока службы и т. п.), а в следующем году учреждено также ополчение. В 1879 г., когда генерал Шанзи был отправлен в Петербург французским посланником, гражданским генерал-губернатором назначен был Альберт Греви, брат президента республики. Вспыхнувшее было в том же году в Ауресе вблизи Батны восстание было быстро подавлено.
Следующий год прошел спокойно, но в марте 1881 г. тунисские арабы из племени крумиров напали на некоторые французские племена на восточной окраине провинции Константины, увели скот и причинили урон высланному против них отряду. Французское правительство решило наказать за это крумиров и воспользоваться этой экспедицией и для подчинения себе Туниса, который лишь номинально, и то без признания Франции, признавал свою зависимость от Османской империи. Не объявляя войны и не отозвав своего консула Рустана из резиденции бея, 2 французские колонны под начальством генерала Ложеро 24 апреля перешли тунисскую границу со стороны Ум-Тебула и Сук-Арраса и вдоль берега, а также по долине Медшерди проникли внутрь страны, между тем как французская эскадра овладела островом Табаркой. 26 апреля был занят Кеф, 28 апреля главная колонна достигла железной дороги при Сук-эль-Арбе, ведущей в Тунис; 1-го мая высланная из Тулона эскадра заняла гавань Бизерту и высадила здесь войска, которые 11 мая под начальством генерала Бреара подошли к городу Тунису; в то же время французские военные корабли появились на Голеттском рейде. Ни крумиры, ни войска бея не оказали вооруженного сопротивления французскому войску, и 12 мая бей подписал в Тунисе предложенный ему генералом Бреаром договор, по которому Тунис признавал над собой французское господство. Франция принимает на себя дипломатическое представительство страны, номинально еще считающейся независимой перед иностранными державами, получает право содержать постоянные гарнизоны как на берегу, так и внутри страны и через посредство живущего в Тунисе министра-резидента оказывает решительное влияние и на внутренние дела. Бей отказывается от права заключать договоры с представителями иностранных держав, взамен чего Франция обеспечивает за его семейством право наследования в стране. Табарка, Бизерта, Голетта, Кеф, Сук-эль-Арба и многие мелкие пункты внутри страны были немедленно же заняты французскими войсками, а после продолжительной бомбардировки заняты 16 и 27 июля Сфакс и Габес, где скопились большие отряды арабов. В сентябре в священном городе Керуане (к югу от Туниса) вспыхнуло восстание, которое стало быстро распространяться и потребовало присылки из Франции значительных подкреплений. Генерал Соссье организовал при Голетте экспедиционный корпус, который по наступлении дождливого периода двинулся к Керуану и занял его 26 окт. (См. Тунис).
Пока на востоке А. происходили эти события, в южной части Оранской провинции произошло опасное восстание, которое французы не скоро сумели подавить. В апреле могущественное племя Улед-Сиди-Шейхов под предводительством Бу-Амены напало из пустыни на колонию, уничтожило жатву, перерезало часть занятых ее сбором фр. и испанских работников, овладело стадами и, искусно избегая высланных против него войск, вернулось через шотты в оазисы. В мае произошел новый разбойничий набег, при котором Бу-Амена нанес чувствительное поражение высланному против него из Жеривилля фр. отряду и даже дошел до южной окраины Телля. Не раз фр. транспорты были захватываемы хищниками, а небольшие отряды подвергались нападению; тем не менее, Бу-Амена с множеством пленников и богатой добычей вернулся опять в свою пустыню и оставался там в продолжение рамадана. За это время к восстанию присоединились и некоторые другие арабские племена, так что фр. правительство увидело себя вынужденным послать из Франции для защиты провинции значительные подкрепления (33 т. чел.). На место генерала Осмона гл. начальство над войсками в А. было передано генералу Соссье, который энергично стал готовиться к возобновлению военных действий при начале дождливого времени; точно так же был отозван из Орана генерал Серэ и многие другие высшие офицеры, которых обвиняли в недостатке энергии. Военные действие против Бу-Амены начались лишь в октябре, причем главным базисом был назначен Жеривилль. (См. Франция).
Литература. По части древней географии и истории А. можно рекомендовать: Мак-Карти, «Algeria Romana» (Алжир, 1867); Рабюссона, «De la géographie du nord d’Afrique» (Пар., 1856); Ибн-Калдуна, «Histoire des Berbères» (изд. Гукен-де-Слана, 2 т., Алжир, 1847—51, фр. изд. его же, 4 т., Алж., 1852—56); Жакю (Jaqut), «Descriptio Al-Magrebi» (изд. Гейе, Лейд., 1860). Из многочисленных сочинений, касающихся новейшей географии, статистики и т. п. страны, особенно замечательны: Вагнера, «Reisen in der Regentschaft A.» (3 т., Лейпц., 1841); сочинение Дома (Daumas): «Le Sahara algérien» (Пар., 1845), «Le grand désert» (2 изд., Пар., 1849), «La grande Kabylie» (Париж, 1847), «La Kabylie» (Пар., 1857) и «Moeurs et coutumes de l’Algérie»» (3 изд., Пар., 1857); Каретта, «Le guide du colon, description de l’Algérie» (Пар., 1847); далее, официальное «Tableau de la situation des établissements français d’Algérie» (Пар., с 1838 г. ежегодно) и также офиц. издание «Exploration de l’Algérie pendant les années 1840—42» (31 т., Пар., 1844); Мак-Карти, «Géographie, physique, économique et politique de l’Algérie» (Алж. и Пар., 1858); Мальтцана, «Drei Jahre im Nordwesten von Afrika» (4 т., 2 изд., Лейпц., 1868); его же, «Sittenbilder aus Tunis und A.» (Лейпц., 1869); Ганото и Летурнэ, «La Kabylie» (3 тома, Пар., 1872); О. Шнейдера, «Von Algier nach Tunis und Konstantine» (Дрезд., 1872); Бенье, «Geographie commerciale de l’Algérie» (Mapc., 1874); Гаскелля, «Algerie as it is» (Лонд., 1875); О. Шнейдера и Гааса, «Von Algier nach Oran und Tiemsen» (Дрезд., 1878; 3-й т. Шнейдера, «Der klimatische Kurort Algier»); Сотера, «Legislation de l’Algérie. Lois, ordonnances, décrets et arrêtés» (Пар., 1878); Мерсье, «L’Algérie en 1880» (Пар., 1880); Рику, «La démographie figurée de l’Algérie» (Пар., 1880); Шварца, «А. nach 50 Jahren franz. Herrschaft» (Лейпц., 1881); История новейших войн описана у Филлиа, «Histoire de la conquête et de la colonisation de l’Algérie 1830—1860» (Пар., 1860); Реттман, «Histoire de la conquête d’Alger» (2 изд., Пар., 1871); Юссуфа, «Sur la guerre en Afrique» (Алж. 1850); герцога Орлеанского, «Campagnes de l’armée d’Afrique 1835—39. Publié par ses fils» (Пар., 1869); Гейма, «Geschichte der Kriege in Algier» (Кенигсб., 1861); Амедея-ле-Фора, «L’année militaire 1879» (Пар., 1880). По части новейшей статистики: «Statistique générale de l’Algérie, années 1842 à 1884» (Алж., 1885); «Statistique générale de l’Algérie, années 1879 à 188l» (Пар., 1882); Чихачева, «Espagne, Algérie et Tunisie» (Пар., 1880); Пиесса, «Itinéraire de l’Algérie, de la Tunisie et de Tanger» (Пар., 1885); Коссона, «Le règne végétal en Algérie» (Пар., 1879); Матью (Mathews), «The flora of Algeria» (Лонд., 1881); Барклая, «Mountain life in Algeria» (Лонд., 1882) — описывает пребывание автора в Джебель-Джерджере; Гаффареля, «L’Algérie. Histoire, conquête et colonisation» (Пар., 1883); Ринна, «Marabouts et Khouan. Etude sur l’Islam en Algérie» (Алж., 1884).

Continue Reading

Дальний это:

город, коммерческий порт и конечная станция Китайской Восточной железной дороги на Ляо-дунском полуострове. Создан был искусственно, чтобы имелся коммерческий порт в южной Маньчжурии. Ввиду несогласия военного ведомства приспособить Порт-Артур под коммерческий порт, о чем хлопотало министерство финансов, последнее остановилось на бухте Виктория, составляющей часть обширного Далянь-ванского залива, где поручено было обществу Китайской Восточной железной дороги выстроить удобный порт, могущий иметь мировое значение. Предполагалось создать, кроме необходимых портовых и железнодорожных сооружений, обширный населенный пункт по образцу европейских сетлементов в китайских открытых портах. Город разделялся на три части: административную, где были уже выстроены главнейшие здания, европейскую, где должна была сосредоточиться главная торговая деятельность порта, и китайскую, для туземного населения. К началу Русско-Японской войны многие здания и портовые сооружения были уже закончены настолько, что, по захвате города японцами, Дальний обратился в прекрасную военно-морскую базу для морских операций Японии, нашедшей здесь обширные мастерские, доки, депо и прочие приспособления. Самая бухта Дальнего была ограждена молом, постройка которого, впрочем, обесценила значение Дальнего, так как сделала его порт замерзающим в суровые зимы. С целью поднять значение порта, который не мог конкурировать с Ин-коу, общество Китайской Восточной дороги обратилось к системе уравнительных тарифов на провоз по железной дороге от Харбина, с искусственным повышением тарифов для грузов, следовавших через Ин-коу. Для грузов, идущих с севера на юг сплавом по реке Ляо-хэ, дорога не была в состоянии что-нибудь сделать. Вообще на оборудование Дальнего было затрачено свыше 30 миллионов рублей, но все эти расходы не оправдали ожиданий. В 1901 г. Д. посетило 379 коммерческих судов, и коих 292 было под японским флагом, 42 под русским, 15 под германским и 13 под английским. Главное сношение было с Чифу (256 пароходов). В том же году в Д. прибыло 44272 пассажира (на японских пароходах — 40 тыс.), из них 41695 человек из Чифу. Жителей в Дальнем к 1 сентября 1901 г. было 45408 (европейцев в том числе только 2106) и сверх того 10 тыс. войска. В городе числилось 510 торговых заведений. В мае 1904 г., после боя у Цзин-чжоу, с очищением нашими войсками Нань-шанских позиций, Дальний был в полуразрушенном виде занят японскими войсками.
Л. Б.

Continue Reading

Амальтея это:

название козы, питавшей на о-ве Крите Зевса, который был сокрыт там своей матерью Реей (см. это сл.) от Кроноса (Сатурна), хотевшего его сожрать. В благодарность за это Зевс поместил ее на небо, между звездами. По мнению некоторых, А. называлась нимфа, вскормившая Зевса козьим молоком. Особенно славился «Рог А.». — Так называли рог козы, сам сломавшийся или отломанный у нее Зевсом и подаренный им А.; рог этот обладал свойством производить все, чего она ни пожелает. По другому преданию, рог А. представляет рог быка, отломанный Геркулесом у Ахелоя (см. это сл.) или полученный им от последнего и обладавший также свойством доставлять столько пищи и питья, сколько ни пожелает его обладатель. Вследствие этого рог А. вошел у греков в поговорку и получил значение рога изобилия. У римлян говорили — cornu copiae, причем на место А. ставилась нимфа или богиня Copia.

Continue Reading